Волшебница по привычке - Валентина Савенко Страница 100

Все, вроде бы.

— То есть собирала нечисть, – выдал феникс.

Эм… А он прав! Почти никакой разницы с тем, что делают сумеречники. За исключением…

— Я не могу открывать пути.

— А ты пробовала? – ехидно спросил этот… эти птицы.

— Да!

— А сколько ловцов на себя повесила? – уточнил феникс. – Двух?

— Да, – кивнула я.

— И без поддержки амулетов, конечно, – предположил птах.

— Без.

Он закурлыкал, давясь смехом. Захотелось его чем-нибудь стукнуть, сдержалась с трудом.

— Какое имеет значение, были ли ловцы? – терпеливо спросил Дамиан, подходя ближе к птице.

— Прямое! Чем больше в них хаоса, тем тяжелее сумеречнику. Тем больше сил на связь тратится. – Феникс вытянул шею, требовательно пошевелил пустой лапой.

Я всунула в нее очередной бутерброд.

— Сумеречники потому и не любят вам помогать… – Феникс задумчиво покрутил головой. – Не любили.

— Вам? Это ловцам? – уточнил Дамиан.

— Сумеречники… Сумеречные ведьмы помогали ловцам? – спросила я почти одновременно с ним.

— А кому еще? – фыркнул феникс. – Ведьмы сумеречные ловцам помогали. Кто слабее из ловцов, понятно, сам справится: хаоса в них немного. Средние тоже могут выплыть. Но таких мало, кучка, да и смысл в таких ловцах? А остальным… Сильным без сумеречных ведьм никак. Хаоса в них много, его магии много, с ней так просто не совладаешь. Только сумеречная ведьма нужна.

Вот так новость!

— Выходит, раньше… до появления цитадели и артефакта… именно сумеречные ведьмы помогали ловцам?

— Похоже на то, – нахмурился Дамиан.

— Не похоже, а так и было! – рассмеялся феникс. – Только тут дубина в обе стороны бьет. И надо, чтобы сумеречная ведьма или колдун помочь ловцу хотел. Искренне, всей душой. А лучше всего, чтобы сердце его в унисон с ловцом билось.

— Это он так любовь обозвал? – Я удивленно посмотрела на Дамиана.

— Ее, – подтвердил птах. – Любовь – лучше всего тут помогает. Любая. Хоть как мужа, хоть как брата, хоть как просто человека… Последняя хуже, но тоже работает, – пояснил он, распушившись и мечтательно размахивая бутербродом.

Я украдкой посмотрела на Дамиана. Я и привязала любовью. От сердца к сердцу. А с Винсом не вышло. Почему-то… Но я его все равно привязала. Помочь хотела. Потому что он – мой друг.

— Эх, глупые вы, люди, вечно все хорошее разрушаете! – вздохнул феникс, тряхнул головой, смахнул слезу и продолжил: – Так хорошо было. Сумеречные ведьмы могли помочь. Ловцы могли тех из сумеречных ведьм, кто не захотел с хаосом бороться, к ответу призвать. Отловить всех, кого вы сумеречниками называли. Плохих. Плохие ведь среди всех есть. И тут так же. Но тут перестарались. Люди, что скажешь! Сумеречников под топор, сумеречных ведьм туда же, ведьм вообще в клетку почти что посадили… – Он глянул на Дамиана. – Старое забыли, новое придумали. Только это просто слова, помощи от них нет… Все забыли.

Смысл улавливался тяжело. К фениксу бы переводчика или переводчиков, птиц-то в его голове две.

— То есть я не сумеречница? – вырвалось у меня задумчивое.

— Сумеречница, – фыркнул птах. – Только ты куколка пока. А станешь хищной стрекозой и будешь грызть всех или бабочкой и защищать – только от тебя зависит. От желания твоего. Давай мы тебе твоими названиями объясню. За бутерброды. Больно вкусные… – неожиданно предложил он.