Ураганная эпоха - Сергей Плотников,Варвара Мадоши Страница 103

Эх, лет через сто-двести он меня все-таки расколет, надо думать. Или, может, к тому времени уже забудет про нестыковки, которые имели место когда-то давно…

В общем, я занимался шашлыком, а это дело суеты не терпит. Посему на суету бывшего (и иногда настоящего) убийцы-по-призванию я не обращал внимания. А он лазил по скалам, как заведенный, перелетел даже на другую сторону долины, потом вернулся в полной растерянности.

Впервые я видел, чтобы его так подвела память!

Мне даже пришла в голову мысль, что нет никакого схрона, а это он меня так разыграл, чтобы выбраться на шашлыки. Хотя зачем меня разыгрывать? Достаточно позвать и обосновать как-нибудь: типа, Кирилл, срочно, зашиваюсь, нужно культурно отдохнуть с человеком, перед которым можно не «держать лицо»…

Впрочем, судя по его ползанию по ближайшим склонам и ненаигранной фрустрации (проявлялась, наоборот, во все большем спокойствии и методичности), Аркадий реально забыл! Надо же.

Наконец, когда первая партия была готова, я крикнул:

— Сядь, поешь уже спокойно! Если этот твой склеп… в смысле, схрон… тридцать лет ничьего внимания не привлек, значит, и дальше не взорвется.

— Скорее всего, — вздохнул Аркадий, усаживаясь напротив меня и беря шампур. — М-м-м, запах какой!.. Да, и тротил, вероятнее всего, уже давно деградировал. По большей части. Но все-таки шанс есть.

— Да ладно. Горы не объект туризма и еще долго не станут — мы ведь пока так и не придумали, как на сто процентов защититься от прорывов… Так что вероятность, что на тайник кто-то наткнется, стремится к нулю.

— Пожалуй, так. Может, ультразвуковое оборудование сюда притащить? Через недельку где-нибудь.

— Тоже вариант.

Некоторое время мы отдавали должное шашлыку. На кухне постарались на славу: уж не знаю, кто, наши повара или сама Лёвка. И маринад правильный, и специи… и даже помидоры, перчики и лук нам положить не забыли — без них, по-моему, не так вкусно, хотя здесь нанизывать овощи вместе с мясом не принято. Но я ввел такую моду, и всех остальных в нашем круге общения приучил.

— Знаешь что, — сказал я, когда мы расправились с первой порцией и поставили жариться вторую. — Насчет Варды…

Аркадий слегка напрягся и посмотрел на меня почти укоризненно: мол, я только расслабился, сижу, перевариваю мясо, любуюсь видом, а ты снова поднял эту тему! Но «почти» не значит «совсем»: видно было, что у него тоже не получается до конца выкинуть злоключения сына из головы.

— Ты прав, что его догнало твое прошлое, — сказал я. — И я бы пошутил на тему того, что ты натворил себе клонов на собственную голову, если бы не Федя. И на нем, возможно, дело не закончится!

— Ну, почему. Может, у вас только с Ланой так сочетаются генотипы, что ее сын оказался твоей копией, — пожал плечами Аркадий. — И даже не факт, что это повторится, если она тебе еще одного родит. Но я оценил твою сдержанность!

— Спасибо, — я усмехнулся. — Так вот. Почему бы тебе не подстраховаться? Если уж твое прошлое не отпускает, может, пусть Варда и Лёшка будут к нему чуть более готовы?

— Мы уже обсуждали, что надо им больше рассказать…

— Не рассказать. Научить.

Какое-то время Аркадий молчал, глядя на тлеющие угли. Потом сказал:

— Я думал об этом. У меня самого в двенадцать лет не было никаких особенных навыков. Только… отношение, что ли? Убить гада — и плевать, какой ценой лично для меня. Даже выработал то, что Вальтрен называет моим «садомазохистским стилем».