Яд темной любви - Лана Ежова Страница 103

Еще не по себе от мысли, что паланкин несли четверо здоровенных мужчин с голыми мускулистыми торсами. Столько же сопровождало, не позволяя приблизиться любопытным.

А желающих было немало! Наверное, все жители острова вышли встречать принца и невольно – меня.

— Невеста! Невеста наследника!

В паланкин летели лепестки, бутоны и почему-то зерно. Как символ плодородия?

Каждый раз, когда в стенки из алой ткани что-то ударялось, Айка тихонько ойкала. Опасалась камня или чего похуже? Зря, паланкин при всем неудобстве защищали надежные магические щиты.

И хотя я об этом рассказала девушке, она все равно не смогла расслабиться. Да и вообще выглядела странно: глаза влажно блестели, пальцы вцепились в подушку. Что-то случилось? Узнаю уже во дворце.

Бах!.. Нечто увесистое шлепнуло по крыше паланкина. Ха, в ход пошли фрукты? Чудненько!

— Да пребудет с тобой Светоносный, чужеземка!

Я понимала не все, что кричали островитяне. Часть фраз звучала на заохийском. Может, пока рядом не было принца, меня проклинали и советовали убраться подальше? Отчасти из-за этого я и пряталась за алой тканью.

Но даже так, в щелку, я засмотрелась на Цайран.

Город, носивший то же имя, что и остров, был построен из бежевого ракушечника, обработанного магией, дворец – из белоснежного. Прямые улицы, дорога из серого камня и целый океан изумрудной зелени!

Когда паланкин внесли на территорию дворца, я раздвинула занавески.

Розы, розы, розы… Всех оттенков красного, кустовые и вьющиеся, пестрыми пятнами разбавляли сочную зелень. Фонтаны и изящные статуи женщин.

Наконец паланкин опустили перед парадной беломраморной лестницей.

— Покои супруги принца не готовы, поэтому временно будете жить в комнатах его высочества, – деловито объявил Даньяр. – Распоряжусь, чтобы прислали служанок и обед. Затем вас проведут в купальни…

Он говорил что-то еще, я не слушала. Слишком много впечатлений и потрясений за последние дни. Остро не хватало Аля. Я привыкла, что он рядом, поддерживает и оберегает. Без него неуютно.

Покои принца встретили нас прохладой и тишиной, столь контрастными после шумной поездки. Белоснежные стены украшали золотая, алая и синяя вязь узоров. На полу, в подвесных горшках, в нишах царили пышные растения. Лианы с крупными, яркими цветами спускались с потолка, образуя живые завесы, а в центре гостиной хрустально журчал небольшой фонтан – в чаше, куда падали его струи, плавали светящиеся лиловым рыбки.

— Обустраивайтесь, скоро принесут еду, – заявил Даньяр и, не скрывая нетерпения, сбежал.

Айка склонилась и протянула руку к воде.

— Не надо! – остановила я. – Вдруг они опасны?

Девушка дернулась и отступила от фонтана.

— Простите, леди Хельена, не подумала…

— Ты грустна и рассеянна. Я могу чем-то помочь? – спросила ее тихо.

Поколебавшись, Айка со вздохом призналась:

— Мой цветок вянет.

О чем она?

— Цветок, подаренный Ташем, – объяснила девушка печально. – Дядька Тодор оказался прав: цветы для избранных – это обман. И теперь я не знаю, что делать.

М-да, неприятная ситуация. У прозрения чаще всего горький вкус.

— Ты хоть что-то испытываешь к Ташу?

Айка скривилась.

— Теперь нет… Я ненавижу ложь, а он обманул меня своим цветком. Что мне делать? Я принадлежу ему.

— Разве? Ты служишь невесте его высочества, – ухмыльнулась я.