Четыре касания тьмы - Амалия Мо Страница 106

— Эй, что происходит? Нас ведь не допросили…

— Потом, Левьер, – резко ответил Демиан, таща меня за собой по коридору.

Всё это выглядело странно. Зачем нас привезли, если не собираются получить показания, которые можно использовать на суде? Что-то случилось после разговора Дема с отцом… Хотелось остановиться и получить ответы прямо сейчас, но зная его характер, проще дождаться более подходящего момента.

Нас не остановили жрецы, никто и слова не сказал, когда мы вышли на улицу через главные двери. Фургона с охраной тоже не было, но Дем повёл меня к парковке, доставая из кармана ключи.

Спортивная машина пиликнула фарами, когда он нажал на пульт. И эта была ещё одна странность, поскольку, судя по всему, это не была машина Демиана.

— Ты объяснишь мне хоть что-то? – не выдержала я, когда двигатель заревел.

— Не люблю говорить с отцом, – не отрываясь от дороги, ответил Демиан. – Он отчитал меня за всё, а после сказал, что наши показания не нужны. Это вызовет ещё больше вопросов.

От меня не скрылось то, что Дем так тщательно пытался скрыть. Он, определённо, злился и совершенно точно не собирался вдаваться в подробности.

Мне не оставалось ничего другого, как принять это.

— Что дальше? Мы… свободны?

— Да, и едем в наш новый дом. Там пока ничего нет из мебели, но я хочу успеть показать тебе его.

— Успеть до чего?

— До рассвета, – Демиан чуть повернулся и выдавил улыбку.

Похоже, разговор с отцом оставил глубокий след, который он пытался скрасить другими эмоциями. И если так будет проще, то так и быть. Чтобы не зацикливаться на этом, я решила сменить тему.

— Представляешь, Берроуз извинился передо мной за то, что использовал. Ещё он сравнил нас… считает, что его месть и моя – похожи. А я вдруг поняла, что его слова меня не трогают. Совсем. Мне плевать, что у него внутри, у меня теперь этого нет… И не из-за смерти Альвара, а потому что у меня есть кое-что важнее… Точнее, кое-кто…

— Ого… Левьер, это что признание? – Демиан, кажется, расслабился, а я именно этого и добивалась.

— Ну-у, я уже говорила тебе, что ты мне нравишься.

— То есть мы осознанно будем избегать того самого слова?

Я вдруг поймала себя на мысли, что то самое слово, вокруг которого люди веками строили драмы, песни, клятвы – вовсе не казалось мне таким важным. Наверное, признание в любви сильно переоценено.

Мне раньше казалось, что в этом слове – вся магия, что произнесёшь его, и мир изменится, станет яснее и правильнее. Но с Демом всё вышло иначе. Мир изменился не от слов. Он изменился от того, что я впервые за годы перестала бояться жить.

Я и без слов чувствовала то, что творилось у него внутри. Эти чувства передались мне вместе с его кровью. И этого было более, чем достаточно.

— Не думаю, что одно слово что-то изменит, – сказала я наконец, отводя взгляд в окно. – Поэтому довольствуйся тем, что просто нравишься мне.

— О, этого более, чем достаточно. Тот факт, что я вхожу в круг тех, кто тебе нравится – уже дорого стоит. И да, Роза, ты тоже мне чертовски нравишься. Жаль, что в доме пока нет кровати… даже стола нет. А машина у Габриэля совсем не подходит для секса…

— Демиан! – не выдержав, я громко рассмеялась.

Этот мужчина не исправим. Кажется, что ничто не может заставить его перестать думать о том, чтобы переспать со мной.