Жена тёмного бога - Элис Айт Страница 107

Но пейзажи… Открывающиеся с высоты пейзажи действительно стоили мучений.

Дворец, из которого мы вылетели, быстро отдалялся, а скоро и весь Тайез стал размером с ладошку, затем с горошину и окончательно исчез вдалеке. Я с интересом наблюдала за тем, как искривляются знакомые очертания улиц и какими маленькими кажутся свысока корабли в гавани, выискивала свои плантации и щурилась, пытаясь защитить глаза от блеска солнца. Затем мы полетели рядом с горами, и я залюбовалась зелеными склонами. С такого расстояния они казались порослью мха на валунах. Людей и вовсе стало не различить.

Я закуталась в шерстяное одеяло, которых Элай посоветовал взять побольше, предупредив о сильном холоде в вышине. Теперь ко мне наконец пришло понимание, отчего драконы презрительно относятся ко всем остальным расам.

Дело даже не в неуязвимости. С такого ракурса все выглядит настолько ничтожным, не заслуживающим внимания, что от чувства превосходства невозможно удержаться. Что там люди, эльфы… Они отсюда мельче муравьев. Весь их труд – бессмысленное копошение в грязи. Берзанцы, из-за постоянных атак с неба вынужденные переселиться в подземелья, и вовсе хуже червей. И никто, кроме драконов, не способен взлететь настолько высоко и увидеть подлинную красоту мира, который, кажется, принадлежит одному тебе…

Если, конечно, ты летишь на собственных крыльях, а не трепыхаешься, как селедка, в рыбацкой сетке.

Хотя Аштару качка, немногим уступающая корабельной «болтанке» во время шторма, явно ничем не мешала. Мне оставалось лишь который раз позавидовать его выдержке – он с головой накрылся одеялом, закрываясь от резавшего ему глаза солнца, и благополучно заснул. Просыпался дроу только во время коротких остановок, который дракон делал, чтобы он мог отдохнуть, а мы – размяться и перекусить.

Примерно так и прошел весь наш путь до столицы.

Последний раз Элай приземлился, когда вдалеке уже показались высокие башни Эсаргоса. Столица раскинулась на равнине у подножия горного хребта, который мягко огибал ее на севере и северо-западе. Воздух здесь был суше, чем в Тайезе, и пах иначе: меньше соли на языке, больше горечи от дыма, который окутывал многочисленные деревеньки, тесно жмущиеся к Эсаргосу. Принц, кажется, лишь каким-то чудом нашел небольшой лесок, где мы снизились, не привлекая внимания местных жителей, и остановились на передышку.

— Странно, – сказал он, когда мы, сделав в окрестных кустах мелкие дела, собрались вместе. – В небе нет ни одного дракона.

— А с чего бы им здесь быть? – удивилась я. – Мы в самом сердце страны. Вокруг нет никаких врагов.

Элай рассеянно подергал слишком длинный волосок в аккуратно подстриженной бороде.

— Драконы летают не для устрашения врагов, а для напоминания жителям о том, кто мы такие и насколько сильны. Мятежи возникают не только на окраинах, они частенько разгораются и прямо в сердце Сенавии. Отец считает, что регулярная демонстрация внушающей страх силы позволяет этого избежать. Может, их отправили куда-то?

— Мы не видели никого по дороге в Тайез.

— Гашишшины должны были позаботиться о том, чтобы часть драконов решила сегодня остаться дома и не заниматься делами, – вступил в разговор Аштар. – Что до остальных, боюсь, их послали в Берзан. Меня там нет, а значит, их никто не может убить, и им нечего бояться.