Муцянь - Джин Соул Страница 107

Лохань стояла за деревянным щитом, который принесли слуги, так что видеть Чэнь Ло мальчишка не мог. Грязная одежда валялась на полу. Чэнь Ло собрал её всю и так же, ползком, вернулся обратно в общую комнату.

На то, чтобы вытряхнуть пожитки из короба, много времени не ушло: Сяоцинь распродал почти все травы.

Чэнь Ло запихнул грязную одежду в короб, подумал и отправил туда же одежду аптекаря Сяна, после чего вынес короб из номера, отдал слугам и велел его сжечь. Слуги заткнули носы пальцами и понимающе покивали: воловья лепёшка действительно воняла.

Чэнь Ло размышлял, что делать дальше. Возвращаться в номер и выслушивать ругань Сяоциня, который скоро обнаружит пропажу, ему не хотелось. Оставлять мальчишку одного он не боялся: не поскачет же тот по гостинице голым, скорее уж во что-нибудь завернётся, будет сидеть и ждать его возвращения. Чэнь Ло купит всё что нужно и поставит его перед фактом: или переодевайся, или голым иди. Сяоцинь, конечно, начнёт браниться, но переодеться всё равно придётся. Чэнь Ло покивал собственным мыслям и отправился покупать одежду.

— Хочу купить дорожную одежду для брата, – сказал он торговцу тканями. – Что-нибудь неброское и немаркое.

— Сколько лет вашему брату, молодой господин? – осведомился торговец.

Чэнь Ло о возрасте мальчишки знал только приблизительно, поэтому указал ладонью себе на середину плеча:

— Вот такого роста.

Торговец, вероятно, решил, что одежду покупает Чэнь Ло вовсе не для брата, а для какого-нибудь луаньчуна[45]. Ухмылка его стала глумливой, и он выложил на прилавок несколько одеяний, при взгляде на которые Чэнь Ло перекосило: такую и не всякая «мёртвая пташка» в цинлоу надела бы! Лицо его побагровело гневом, он резко спросил:

— Ты что, оглох? Я велел показать тебе дорожную одежду, а не тряпки для шлюх! Ты хочешь оскорбить моего брата?

Торговец пошёл на попятную:

— Что вы, что вы, молодой господин! Я, верно, вас неправильно понял.

— Я разве говорю с акцентом? – ещё больше разозлился Чэнь Ло. Неужто и этот намекает на «деревенщину»?

— Что вы, что вы, молодой господин! – уже испугался торговец. – Вы говорите на языке Чанъаня лучше, чем жители столицы!

Он проворно разложил на прилавке другую, уже приличную одежду подходящего размера и цвета. Чэнь Ло выбирал придирчиво. Одежда ещё должна быть и крепкой: они лишь четверть пути прошли, кто знает, какая дорога ждёт их впереди? Ему приглянулась одежда схожего с его собственным цзяньсю покроя – тёмно-синего цвета. Он указал на неё торговцу и велел подобрать под неё шапку подходящего цвета и мяньшу. Когда это было исполнено, Чэнь Ло добавил к покупке ещё нижнюю рубаху и штаны – для себя и для Сяоциня – и бросил на прилавок золотой слиток. Сдачи, к разочарованию торговца, он дождался: ему ещё нужны были деньги, чтобы купить два дорожных короба приличного вида.

Если Сяоцинь будет прилично одет и вместо помятого страшилища у него за спиной будет новёхонький плетёный короб, разве кто-то примет его за деревенщину?

Чэнь Ло сложил покупки в один из коробов и пошёл обратно в цзюлоу, гадая, сколькими новыми бранными словами пополнится его словарный запас на этот раз.