Ловушка для защитника миров - Антонина Штир Страница 109

Но мачеха как-то сразу погрустнела и повела плечами, будто ёжилась от холода. Не удивительно, её мозг с трудом вместил мысль о Междумирье, а тут призрак.

Справившись с платьем, я накинула тонкий халат, подошла к Тамаре, взяла её за руку.

— Твоя приёмная дочь выходит замуж, а всё остальное неважно. Ты согласна?

— Ты права, Мия. Наверное, я просто волнуюсь за тебя.

Солнце заиграло на волосах Тамары, предательски обнажив седину, и я впервые увидела, как она постарела за последние месяцы. Она старалась держаться и подбадривать отца, а сама переживала больше него.

Гранья Виола хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

— Так, хватит, плакать будете через неделю. Давайте лучше обсудим праздничное меню. Ахтари редко едят мясо, но достать его не проблема, и, судя по Мие, люди без него жить не могут. А может, Тамара, Вы ещё что-нибудь предложите?

— Да, конечно, — очнулась мачеха. — Вы знаете, гранья Виола, давайте я Вам напишу список, а Вы уже…

Свекровь увлекла мачеху к двери, и закрывшаяся за ними дверь отсекла окончание фразы. А я прилегла на кровать и улыбнулась, не веря своему счастью: через неделю я стану женой Рейнольда!

* * *

Накануне свадьбы мы с Рейнольдом сидели на крыльце единственного дома в Междумирье и смотрели на закат. Небо, окрашенное в малиновый цвет, предвещало смену погоды.

Мальчишников и девичников здесь не устраивали, да мне и не хотелось веселиться. Гораздо приятнее вместе с любимым молчать или говорить ни о чём, прижавшись друг к другу. Я уютно устроилась на груди Рейнольда, а его руки грели мою спину.

— Как здорово, правда? Облака как фруктовый зефир. Я как-то готовила, помнишь?

— Да, похоже. Моя романтичная элори.

Лёгкий ветерок подхватил мои локоны, разлохматил причёску и улетел прочь. Я поёрзала на досках, устраиваясь поудобнее, а Рейнольд крепче сжал меня в объятиях.

— Завтра я назову тебя своей женой, Ми, а ты меня мужем. И у нас будет ребёнок. А я только привык к тому, что ты рядом.

— Значит, будешь привыкать к пополнению семейства. А, кстати, Рейни, тебе теперь придётся спасать миры одному.

— Ничего, я справлюсь. Может, мне дадут симпатичную напарницу.

Я стукнула кулаком по его груди, несильно, просто чтобы напомнить, что я его невеста.

— Эй! Мы так не договаривались.

— Ладно-ладно, я пошутил. Но, может, всё-таки…

— Ты сам напросился, Рейни.

Я высвободилась из объятий, потянулась к его губам, приникла к ним страстным поцелуем, от которого кровь потекла быстрее по жилам. Воровато оглядываясь на окна, дождалась, пока желание не растечётся в каждую клеточку тела, и отпустила Рейнольда, отодвинулась от него.

— Что ты делаешь, Ми? Как теперь дотерпеть до завтра?

— А зачем терпеть? — улыбнулась я.

— И то правда! Пойдём поищем укромное место.

* * *

Свадебная церемония вышла красивой, торжественной и слезливой. Слёзы волнения и счастья лились из моих глаз и глаз мачехи, и даже гранья Виола украдкой промокала платком лицо. Некоторые женщины ахтари тоже плакали, правда, не из-за свадьбы, а из-за нашего с Рейнольдом малыша. Увы, в Междумирье любая новость сразу становилась известна всем.

Пиршественный зал украсили белыми, розовыми и красными орхидеями — традиционными свадебными цветами, а на столе стояли блюда русской кухни вперемешку с местными. Рыба во всевозможных видах, жареные свиные рёбрышки, куриные ножки — я попросила — и даже холодец. Разумеется, не обошлось без фруктов, и их было очень много.