Лавка редкостей, или счастье со сковородкой - Ксения Никонова,Наталья Фирст Страница 11

Но все кончается, и путь от дома мадам Бабетты до лавки закончился тоже. Я без раздумий открыла дверь и замерла на пороге, как громом пораженная.

В лавке кипела уборка. Летали ведра, тряпки, щетки. Пенился мыльный раствор. Швабра, обернутая здоровенной тряпкой, драила потолок. Шустрые скребки чистили пол.

Посреди всей этой вакханалии висела бабуля и вдохновенно дирижировала.

От увиденного во мне родилось чувство обиды. Как же так? Неужели было сложно с самого начала помочь? Неужели было ни чуточки не жаль хрупкую девчонку, вынужденную таскать с колонки воду и отдраивать вручную всю эту грязь. Ну бабуля, ну, не ожидала от вас такого.

От злости я хлопнула дверью, молча пересекла зал, взлетела по ступеням на второй этаж и плюхнулась на кровать. В глазах появились слезы. Мне было жаль себя. Мне было тошно. Я не знала, как все это высказать духу-хранителю.

* * *

Успокаивать прибежала Виола.

— Наташа, – тронула она меня тихонько за плечо, – что случилось? Вас кто-то обидел?

Я хлюпнула носом и кивнула.

— Дом и бабуля.

— Бабуля? – глаза у девочки стали огромными от изумления. – Но чем? Она вас так любит! Мне вот все уши прожужжала, какая дому расчудесная хозяйка досталась. А уж, когда вас украли, я думала, бабуля с ума сойдет. Все рвалась на выручку. Месье Александр еле ее остановил.

Я переварила услышанное, вытерла слезы подушкой и подняла заплаканное лицо.

— Правда?

— Чтоб мне лопнуть, если я вру.

— Не надо лопаться.

Я улыбнулась и села.

— Только я ничего не понимаю. Когда попала сюда, дом был в таком запущенном состоянии – просто ужас. А бабуля наотрез отказалась мне помогать. Только ругалась и бурчала. Мне пришлось все вот этими руками отмывать.

Я показала Виоле миниатюрные ладошки Наташи Риммель.

— Даже воду нужно было с улицы носить. Представляешь?

Девочка старательно закивала. Я вздохнула и добавила:

— А, оказывается, бабуля прекрасно справляется магией. Оказывается, она с самого начала могла...

— Не могла, – перебил меня голос призрака. – Не могла, Наташа Риммель.

Я вздрогнула, обернулась и уперлась взглядом в полупрозрачную фигуру.

— Почему?

— Потому что все этом доме зависит от твоей магии. И я, и драконы. Все! Когда ты приехала, дом умирал. А вместе с ним умирали и мы. У нас совсем не осталось сил. Чудеса случались лишь тогда, когда в тебе просыпались искорки магии. Слабенькой, совсем робкой. Но все мы жили надеждой на лучшее. Теперь твой дар расцвел. И с каждым днем он становится все сильнее и сильнее. А вместе с ним набираемся мощи и мы: я, дом, артефакты, крылатая малышня. И мы очень рады, что ты здесь живешь. Уж поверь мне.

— Верю, – я последний раз хлюпнула носом, – и простите. Я постараюсь не подводить вас всех.

— Постарайся, Наташа Риммель.

Бабуля Тереза вновь приняла строгий вид, привычным жестом поправила пенсне и просто растаяла.

Я посмотрела на Виолу. В глазах ее горел безумный восторг.

— Я и не знала, что вы такая сильная магичка! – выдохнула девочка.

Я щелкнула ее по носу и обняла.

— Не ты одна. Я тоже не знала.

* * *

Рассказ бабули меня вдохновил. Если уж и она подтвердила слова Алекса, что моя магия растет, значит пора мне приступать к священнодействию с шоперами. А там, глядишь, дело дойдет и до других артефактов.

Виолу я отправила к Бабетте выбирать себе наряды, а сама закрылась в кабинете. Если судить по концентрации предметов кол. и оп., именно здесь тетушка Женевьев пускала в ход свою магию артефактора.