Жена в подарок от Бывшей - Наталья Шевцова Страница 110

Так, например, в первом классе ожидая результатов первой в её жизни контрольной, маленькая Милли умудрилась переставить все книги в их домашней библиотеке в алфавитном порядке по… именам главных героев. Потому что лично её в книге, прежде всего, интересовала история, а не то, кто её написал.

Бедняжка проделала поистине титаническую работу, затрачивая на это дело в течение трёх дней всё свободное от школы время. Каково же было её разочарование, когда родители, причём и папа и мама — остались недовольны. Им, видите ли, удобней находить книги по именам авторов, заявили они дочери и дали ей задание — расставить книги в соответствии с авторами, то есть, расставить книги также как они изначально и стояли.

Не менее памятным был также и случай с организацией пространства в родительском доме. Особенно памятным стал этот случай для матери Милдред. Она до сих пор вспоминает эту выходку дочери со слезами на глазах.

В этот раз Милдред оказалась перед сложнейшим выбором. Четыре наиболее престижных университета страны: Гарвард, Стэнфорд, Коламбия и университет Джонса Хопкинса — готовы были принять её в ряды своих студентов. И она в свою очередь одинаково счастлива была бы стать студенткой любого из этих университетов.

Родители же не только отказались помочь советом, но и собрали вещи и укатили на три недели на какую-ту медицинскую конференцию, дабы не мешать дочери принять хорошо обдуманное и тщательно взвешенное жизненно-важное решение.

Изучив в сто первый раз всё, что только можно было о медицинских программах и заслугах всех четырех университетов, Милдред приступила к процессу обдумывания, побочным эффектом которого стала неожиданно проснувшаяся тяга к переменам. В частности, к переменам в организации пространства.

Загоревшись идеей, Милдред сначала переставила всю мебель, а также переместила либо передвинула ковры и прочие предметы интерьера в доме. Затем, когда не осталось ни одного предмета интерьера, не охваченного её бурной деятельностью, она сделала также ещё и перестановку, перекладывание и перевеску во всех шкафах, шкафчиках и ящиках.

Разумеется, всё было расставлено, разложено и развешено исключительно логично, эффективно и экономично. Милдред тогда испытала истинную гордость за проделанную работу, и тем обидней была реакция матери…

Нет, Кэтрин Райт не кричала и не ругалась. Она, молча с лицом человека, приговоренного к смерти, но всё ещё иррационально надеющегося на помилование шла по комнатам… И даже несмотря на то, что с каждой комнатой надежда становилась всё более и более эфемерной, она продолжала крепиться… Держалась вплоть до того момента, пока не заглянула в свой шкаф для обуви. Тот самый шкаф, из которого Милдред, движимая соображениями наиболее рациональной организации пространства, извлекла все вертикальные полки, благодаря которым образовывались ячейки для каждой пары обуви отдельно. В результате этого её усовершенствования — в шкафу образовалось достаточно места не только для обуви матери, но и отца, и даже её собственной.

Рациональная, логичная и эффективная доктор Райт до сих пор не могла понять, почему именно реорганизация и перепланировка обувного шкафа заставила её мать, хирурга со стальными нервами и железобетонной выдержкой, сползти по стене и горько заплакать.