Двор Опалённых Сердец - Элис Нокс Страница 110

Глава 10

Я проснулась от солнца, бившего в глаза с наглостью, достойной Оберона. Голова раскалывалась – не от похмелья, а от магического истощения. Осколок, телепортация, снятие чар… всё это оставило след.

И ещё один след оставил Оберон.

Воспоминания о прошлой ночи обрушились лавиной – его руки на моём теле, его рот между моих ног, то, как он заполнял меня полностью, как я скакала на нём, царапая его плечи и грудь…

Жар разлился по щекам.

Я лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, и чувствовала его запах. Летний лес, дождь, мускус. Простыни пахли сексом и чем-то пряным, магическим.

Рука скользнула по кровати – ища тепло его тела.

Пусто.

Я приподняла голову, заставляя глаза открыться.

Оберона не было рядом.

Но я слышала его – лёгкие шаги по паркету, шорох ткани. Повернула голову.

Он стоял у окна спиной ко мне – голый, если не считать полотенца, небрежно обёрнутого вокруг бёдер. Видимо, только что из душа – волосы влажные, тёмно-золотые пряди прилипли к затылку. Капли воды стекали по широким плечам, по лопаткам, исчезали под полотенцем.

Руны на спине – тёмные, пульсирующие – выделялись резче на влажной коже.

Он смотрел на город внизу – руки скрещены на груди, поза расслабленная, но в линии плеч читалась напряжённость.

Я наблюдала несколько секунд, просто рассматривая его. Линию позвоночника. Изгиб поясницы. Мышцы, перекатывающиеся под кожей при малейшем движении.

Моё тело откликнулось – предсказуемо, предательски – лёгкой пульсацией между ног, воспоминанием о том, как он был там несколько часов назад.

Я села, натягивая простыню до груди. Волосы растрепались – я чувствовала узлы, которые он оставил, когда зарывался в них пальцами.

— Доброе утро, – бросила я, и голос прозвучал хрипло. Горло пересохло.

Оберон обернулся – медленно, плавно – и ухмылка уже играла на губах.

Янтарный взгляд скользнул по мне – от растрепанных волос к обнажённым плечам, к простыне, едва прикрывающей грудь.

— Доброе, – протянул он, и в голосе слышалось столько самодовольства, что захотелось швырнуть в него подушкой. – Хорошо спала?

Я закатила глаза.

— Нормально.

— Нормально? – Бровь поползла вверх, ухмылка стала шире. – Только нормально? – Он оттолкнулся от окна, двинулся к кровати – медленно, с хищной грацией. – Странно. Потому что, насколько я помню, ты кричала моё имя так громко, что соседи наверняка всё слышали.

Жар полыхнул по лицу.

— Заткнись.

— И умоляла не останавливаться, – продолжил он, явно наслаждаясь моим смущением. Он замер у края кровати, смотрел сверху вниз с этим невыносимым самодовольным выражением. – И что-то про "глубже" и "сильнее"…

— Оберон, – предупредила я, сжимая простыню.

— И когда ты скакала на мне, – его голос стал ниже, темнее, – твоё лицо было таким… восхитительным. Потерянным. Отчаянным. – В его глазах сверкнули золотые искры. – Так что "нормально" – это весьма скромная оценка произошедшего.

Я смотрела на него – на самодовольную физиономию, на торжество во взгляде, на то, как он стоял передо мной – почти голый, мокрый, уверенный в своей неотразимости.

Нарциссический. Самовлюблённый. Невыносимый.

Типичный мужик после хорошего секса.