Серебряная Элита - Дани Франсис Страница 110

К нам присоединяется Роу, вместе с Кейном придерживает Глина, чтобы тот не двигался. Бетима касается плеча раненого, словно хочет утешить, – но что она может сделать? Мучения Глина почти осязаемы, лицо изуродовано болью, каждый вдох дается с трудом. Мы стоим вокруг – беспомощные свидетели его страдания.

Бетима хочет взять Глина за руку, но он, судорожно молотя кулаками по воздуху, бьет ее по руке и попадает локтем в лицо. Она вскрикивает, но не оставляет попыток его успокоить.

— Помогите! – стонет Глин в промежутках между протяжными воплями без слов. – Помогите! Снимите меня отсюда!

К раненому подбегают Страк и Форд.

— Не двигайся, Коттер, – вполголоса говорит Форд. – Дай нам взглянуть.

На что тут смотреть? На ржавый металлический штырь, торчащий у Коттера из груди?

Бетима пятится, обняв себя руками, дрожа, словно оказалась в морозилке. Подтягивает вниз рукава, обхватывает себя еще крепче. Она в шоке.

— Держи ему руки! – приказывает ей Форд.

Коттер продолжает беспорядочно махать руками.

Лицо у Бетимы совсем зеленое, но она подбегает и начинает помогать.

Я медленно отхожу прочь. Помочь мне нечем. Ясно, что Коттер не выживет.

Вопли его стихают, переходят в тихие стоны:

— П-помогите мне… п-п-по-мо…

Он умирает.

Бетима пытается его успокоить, но напрасно. Он смотрит на нее, уже не понимая, – а в следующий миг глаза его стекленеют, взгляд становится пустым. Мертвым.

С губ Бетимы срывается мучительный стон. Она выпускает руку Глина, шатаясь, отходит на несколько футов, сгибается пополам, и ее рвет на мостовую.

— Бедный Глин! – шепчет рядом со мной Лидди.

Я спешу к Бетиме, обнимаю ее, убираю от лица густые кудри, пока ее выворачивает на асфальт. Почувствовав холодок по коже, поднимаю глаза и вижу Роу: он стоит неподалеку и смотрит на меня с нескрываемым подозрением. Так, словно считает, что это я каким-то образом виновна в смерти Глина.

Мгновение мы смотрим друг на друга, затем я отвожу взгляд и снова переключаюсь на Бетиму.

_______

По дороге на базу все молчат, подавленные трагедией. В казарме обычная болтовня тоже сменяется угрюмым молчанием. Бетиму, как видно, смерть Глина особенно поразила. В вертолете она смотрит вокруг себя мутными, невидящими глазами; похоже, она все еще в шоке. Пока остальные раздеваются и готовятся ко сну, я замечаю, как она, все еще в черной тренировочной форме, выскальзывает за дверь.

Встаю с кровати и иду за ней. Кейн бросает на меня вопросительный взгляд, готовый идти следом, но я молча качаю головой.

Выйдя из спальни, вижу Бетиму в середине коридора.

— Подожди! – кричу ей вслед. – Я с тобой! – Голос срывается, когда я понимаю, что, возможно, поторопилась. – Или ты хочешь побыть одна…

Бетима останавливается и ждет, пока я ее нагоню:

— Нет, хорошо, что ты со мной. Пойдем на крышу. Хочу покурить.

Мы поднимаемся по лестнице в конце коридора. На крыше учебного центра я еще не была, но, судя по количеству окурков, это популярное место.

— Запереть? – спрашиваю я, придерживая тяжелую металлическую дверь.

Бетима качает головой, так что я прикрываю дверь, не запирая.

Мы подходим к краю крыши, откуда открывается вид на базу. Я рассматриваю разные строения, останавливаю взгляд на главном здании, где меня держали в первые дни. Комната для допросов, камера… Кажется, с тех пор прошла целая вечность.