Серебряная Элита - Дани Франсис Страница 112

Она прищуривается – и секунду спустя бросает ему зажигалку.

Роу без труда ее ловит, открывает колпачок и поджигает самокрутку. Оранжевый огонек светится в темноте. Роу втягивает в себя воздух и с громким удовлетворенным вздохом выпускает огромный клуб дыма в ночные небеса.

— Отзови своего сторожевого пса! – говорю ему. – Я сегодня не в настроении для ваших игр.

— Для игр? Ха! – Он зажимает самокрутку между большим и указательным пальцем. Делает еще затяжку.

Я подхожу к здоровяку, преградившему путь к выходу.

Энсон ухмыляется еще шире.

С ним я смогу справиться. По крайней мере, оттолкну, и мы с Бетимой сможем открыть дверь. Но не хочу оставлять за спиной Роу с револьвером.

— Откуда у тебя ствол? – спрашиваю я.

На этот вопрос Роу не отвечает.

— Вы знали, что мой отец обожает игры? Особенно одну: она ему никогда не надоедает. – На моем лице отражается недоверие, и Роу смеется. – Да, представьте себе! Генерал Меррик Редден на своих приемах играет с гостями в настольные игры. Увы, после одного такого приема… в общем, меня туда больше не приглашают.

Несмотря на висящее в воздухе напряжение, я поворачиваюсь к Роу и медленно иду в его сторону. Бетима следует за мной. Мы не сдаемся. Обе мы настороже. Но, очевидно, нам ничего не удастся сделать, пока Роу не закончит… то, что задумал, – что бы это ни было.

— Короче говоря, его любимая игра – в расследование убийства. Все тянут карты из колоды. Одна из них – карта убийцы. Остальные игроки должны угадать, кто убийца, пока он методично мочит их одного за другим.

Он передает самокрутку Бетиме, та, поколебавшись, берет.

— Первый раз Генерал прислал приглашение, когда мне было шестнадцать. Его драгоценный Кросс и само совершенство Трэвис бывали на этих приемах с детства. Но не я. Незаконного сына папа допустил в свое святилище только в шестнадцать лет. – И он смеется тихим злым смешком.

Бетима хочет вернуть ему самокрутку, но Роу качает головой.

— Так вот, сижу я на этом невыносимо тоскливом ужине, делаю вид, что не замечаю, как все дамы вокруг шепчутся обо мне и о том, кто была моя мать. Стервы болтливые! Потом всех нас приглашают перейти в гостиную. Почетным гостем в тот вечер был какой-то воротила-капиталист. Ненавижу этих тварей!

Я их тоже недолюбливаю. Капиталисты – богатейшая верхушка элиты, им принадлежит большинство корпораций на Континенте. Кучка мужчин и женщин, пользующихся особым расположением генерала – и всегда готовых оказать Системе любые услуги.

— Перед началом игры Трэвис отводит меня в сторону и говорит, что убийцей станет капиталист.

Я невольно фыркаю:

— Генерал подыгрывает своим гостям?

— Разумеется. И, само собой, все мы тоже должны были подыграть и дать капиталисту победить. Трэвис говорит, с важными гостями папа всегда так делает. Подогревает их самомнение. Раздувает гордость, помогает ощутить себя монархами из Старой Эры – пусть и всего на один вечер. Но при чем тут я? С какой стати я буду кому-то поддаваться? Считает, что он круче меня? Так пусть докажет, что он и вправду круче! – Он смеется. – Почему я должен облегчать ему задачу?

— Потому что тебе самому никогда ничего легко не доставалось? – спрашиваю я. Этот парень сразу и предсказуем, и нет. Парадоксальный человек. Терпеть таких не могу.