Жена вместо истинной. Подмена у алтаря - Кристина Юраш Страница 117

Я отвечала ему с той же яростью. Мои пальцы впивались в его плечи, царапая кожу через ткань рубашки. Магия внутри меня откликнулась мгновенно. Не как угроза. Как эхо. Как ритм, совпадающий с биением его сердца.

Комната вокруг нас начала меняться.

Сначала дрогнули стекла в окнах. Затем с грохотом оборвался карниз над кроватью, обрушившись на пол облаком пыли и штукатурки. Со столика слетели флаконы с духами и пузырьки с маслами, разбиваясь вдребезги. В комнате творилось черти что, но мы не обращали на это внимания.

В тот момент, когда я, не выдержав, застонала в его плечо, пламя вспыхнуло в камине, взметнувшись вверх высоким, синим столбом, освещая наши переплетенные тени на стенах.

Но это было еще не все. Я понимала это. Я чувствовала его голод. И чувствовала, как мой голод откликается на его.

Каждое прикосновение было искрой. Каждый вздох — заклинанием.

Я ощущала, как магия течет во мне, наполняя пустоты, затягивая трещины в душе. Она возвращалась не через боль, как раньше. Она возвращалась через него. Через его вкус, его запах, его тяжесть на мне.

Когда все закончилось, я лежала на его груди, слушая, как выравнивается его дыхание. Потемневший потолок нависал над нами, как напоминание о хаосе, который мы только что устроили. Но внутри была тишина. Ясная, звенящая тишина наполненного сосуда.

— Как там наша магия? — шепнул он, проводя пальцем по моей спине. Его голос был хриплым, довольным.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь остаточным теплом.

— Прости, я… Я совсем забыла про магию, — прошептала я, и в моем голосе звучала искренняя растерянность. — Я не могу пока сказать, как она… Но… мне кажется, что… нужно… еще. На всякий случай. Для закрепления… результата…

Адиан рассмеялся. Низко, грудью, и этот смех вибрацией прошел через все мое тело.

— Для закрепления? — переспросил он, приподнимаясь на локте и глядя на меня сверху вниз. В его глазах плясали веселые искры.

— Чем быстрее магия вернется, тем быстрее начнутся занятия! — добавила я деловым тоном, хотя сама едва сдерживала улыбку.

— Дело в занятиях? И только? — он наклонился ближе, его нос коснулся моего носа.

— Да, но… — я обвила руками его шею, притягивая к себе. — Сейчас занятия магией это… эм… не первостепенно.

С тех пор в нашем доме это называли «возвращать магию».

Звучало цинично. Практично. И чертовски точно.

Родители приехали на следующей неделе. Отец стучал в ворота, требуя аудиенции, чтобы «обсудить будущее семьи». Я вышла к ним сама, одетая в простое серое платье, без украшений, без макияжа.

— Анна, доченька, нам нужно поговорить, — начал отец, но я перебила его, бросив к его ногам сквозь решетку тяжелый кожаный мешочек. Он глухо ударился о брусчатку.

— Здесь всё, — сказала я холодно. — За старые панталоны, которые я донашивала после Аннабель. За платья, которые мне отдавали, когда они теряли вид. За еду, которую я недоедала, чтобы сестра была сыта. Тут хватит с избытком. Надеюсь, мы в расчете.

Отец побледнел, глядя на мешочек, словно тот был наполнен ядом.

— Анна, ты не можешь так с родителями…

— Могу, — отрезала я. — В отличие от Аннабель, я никому ничего не должна. А за то, что была должна, я только что расплатилась.

Я развернулась и вошла в дом, оставив их стоять у ворот с открытыми ртами. Больше они не приходили.