На один укус - Амалия Мо Страница 118

— Ты не расскажешь ему об этом?

— Нет. Но если ты захочешь, можешь рассказать сама. Не приплетая меня по возможности.

— Если сработает скажу, что ИКВИ дали мне этот препарат.

— Мы в любом случае сильно рискуем, – вздохнула Астория. – И признаться честно, одна моя часть, рекомендовала бы тебе смириться и не пытаться бороться с тем, что между вами происходит. Но другая… Она хочет, чтобы ты сопротивлялась, не подпускала его и… жила своей жизнью.

— Астория, я…

— Я надеюсь, что мне удастся создать лекарство от актиризма. Я смогу вылечить себя, Верховные служители снимут обвинения с Калеба и каждый из нас сможет идти своими путями. Пока это, увы, невозможно.

Я не нашла, что ответить, просто благодарно кивнула. Если так подумать, по словам Астории, она оказалась в похожей ситуации, если не хуже… Заболела чем-то смертельным, вынуждена была стать вампиром, чтобы продолжать работать над лекарством и спасти себя. В придачу ко всему строгие законы, запрещающие делать из людей таких монстров и пристальный контроль Верховных служителей.

Мне стало стыдно. Не за поцелуй, не за слова, не за всё случившееся, а за то, что я никогда не пыталась взглянуть на всё это с её стороны. Мне казалось, что я одна пострадавшая. Что весь этот хаос был только моей трагедией.

Астория ведь любила Калеба.

И это, пожалуй, самая тяжёлая ноша из всех. Быть рядом с тем, кого ты хочешь до боли… и знать, что ты для него только ошибка, за которую он расплачивается. Каждый день.

Я опустила взгляд. Хотелось сказать ей что-то. Какое-то банальное «прости» или «я не хотела». Но рот будто онемел. Потому что всё это уже неважно. Мы обе бились в клетке, выстроенной чужими решениями, и делали вид, что живём.

— Спасибо, – подняв искренний взгляд на неё, тихо сказала я.

— Будешь у меня в долгу, – подмигнула Астория.

Я проводила её взглядом, пока за ней не закрылась дверь, и только тогда позволила себе выдохнуть. Медленно опустилась обратно на пол, ощущая, как напряжение всё-таки отпускает.

За такое не грех быть в долгу. За шанс. За глоток воздуха. За возможность снова почувствовать себя собой, пусть и на время.

29

На следующее утро, когда все вещи помогли погрузить в машину Лидии, я стояла на улице, ожидая первокровную. Прощание с Венерой вышло сухим и формальным. Она бросила обыденное: «Приезжайте на ужин» и поспешила скрыться за углом коридора.

С Асторией мы обменялись номерами после нашего с ней разговора, когда я вспомнила такую важную деталь и побежала догонять её в коридор.

Клыкастый же получил свою дозу крови, собрав её в этот раз самостоятельно. Хотя мать семейства порывалась пойти в лабораторию вместе со мной, он не позволил.

Было странно сидеть в медицинском кресле, зная, что он рядом. Я чувствовала его напряжение, словно он боролся с собой, подбирая слова. Морвель молчал до самого конца и заговорил лишь тогда, когда пакет с кровью оказался полон.

— Я не люблю Асторию. Никогда не любил, – уверенно произнёс он, глядя прямо в моё лицо.

— М-м, ясно, – поднявшись, ответила я и собиралась уходить, но неожиданная хватка на руке заставила замереть.

— Между нами что-то есть, – выдохнул клыкастый, шагнув ближе. – И ты это знаешь.

— Нет, – я покачала головой. – Между нами привязка. Связь. Биологическая, магическая, как тебе угодно. Всё, что я чувствую, не моё. Это не мой выбор.