Курс на СССР: Переписать жизнь заново! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 119

На стене задребезжал телефон. Вот ведь, и поесть не дадут!

Я снял трубку:

— Але!

— Здравствуйте, Александр. Это Зверев, Константин Сергеевич, следователь… Вы, наверное, меня еще помните…

Та-ак… Ну, все один к одному! Вчера «Волга», сегодня следователь…

— Да, помню, — сухо ответил я…

— Понимает, я бы с вами хотел поговорить по делу об аварии в селе «Золотая нива». Ну, где колхоз…

Ах, вон оно что! Я облегченно перевел дух. Ну, молодец Лена, не дала материал проверки замылить.

— У меня вчера была Лютикова, Елена Сергеевна, библиотекарь из Нивы, — приятным баритом продолжал следователь. — Сказала, что вы много чего знаете.

— А! Так вы хотите меня допросить?

— Не сразу. Сначала предварительно поговорить. Вы где обычно обедаете?

Я задумался, но Зверев, не дожидаясь ответа, предложил встретиться через полчасика в пышечной на Комсомола.

— Это от вашей редакции недалеко, знаете?

Да уж знаю…

Пышечная на улице Комсомола была большая, просторная, вот только пышки там бывали редко. В основном кормили рыбным пельменями и молочными сосисками с пюре. Еще в ассортименте имелся ужасный кофе, с молоком и пенками, раздатчица разливала его черпаком из большого чана. Зато народу там почти никогда не было, одни командировочные.

Ровно через полчаса я вошел в пышечную, прихватив с собой мамины колеты. Сидевший за угловым столом следователь, привстал и помахал рукой. Серый не модный пиджак, такие же брюки, неброская рубашка с темно-синим галстуком. В этот раз Зверев не выглядел франтом.

— Еще раз здравствуйте, Александр, — Константин Сергеевич протянул руку.

Я пожал и вздрогнул, словно от удара током! Это рукопожатие, быстрое, крепкое… В будущей моей жизни, в девяностые, зампрокурора области Зверев, человек хваткий, жесткий и не боящийся никого, так здоровался. Именно он как-то «приземлил» бандита Гребенюка. Нет! Подлостей такой человек делать не будет!

— Пообедаем, Александр…

— Можно просто Саша.

— Заодно поговорим…

Я прошел на раздачу, взяв пюре с минтаем, кусочек ржаного хлеба и компот. Заплатив, вернулся с подносом за стол. Улыбнулся, вытащил из сумки мамины котлеты, развернул:

— Угощайтесь, товарищ капитан!

— Ну-у, что ж так официально? Можно проще, Константин Сергеевич!

Улыбнувшись, следователь начал разговор…

Да, Лена добилась своего! По факту аварии, в отношении неустановленного лица, возбудили-таки уголовное дело, пока по признакам состава преступления, предусмотренного статьей 109-й УК РСФСР «причинение умышленного менее тяжкого телесного повреждения, которое не является опасным для жизни, но привело к длительному расстройству здоровья», или попросту — «менее тяжкие». «Тяжкие» указывались в предыдущей статье — 108-й. Как пояснил Зверев, возбуждать сразу покушение на убийство (статья 102-я через 30-ю) не стали — это подследственность прокуратуры, а там копаться в поисках улик не любили. Зато очень любили брать уже почти полностью расследованные и переквалифицированные дела.

— Мы пока расследуем сто девятую, — облизав ложку, еще раз объяснил следователь. — Но, если будет установлена сто вторая и лицо, передаем в прокуратуру. Без лица они не возьмут. Глухарь никому не нужен. Ну, в общем, тут свои хитрости… Давай ближе к делу! Значит, говоришь, Гога? Давай подробненько…