Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Далин Страница 120

Тяпка стояла и рычала еле слышно. Приподняла переднюю лапу, как легавая собака, которая делает стойку, нацелила нос на беленький домик под красной черепичной крышей.

— Какая умная со… – начал Ильк, но я мотнула головой и прижала палец к губам.

Он понял, скинул с плеча винтовку, лязгнул затвором и пошёл за мной, стараясь ступать потише.

— Ищи, Тяпочка, – шепнула я одними губами.

Ощущение было такое, будто я стою совершенно голая посреди балагана, а вокруг полно лохов, только не простых, а отборной уличной мрази. Я впрямь чувствовала их всюду, у меня было такое чувство, что они нервничают, пытаются понять, что в обстановке изменилось, – и не могут, и это их злит и напрягает. Но приказа нападать им не дают.

Если Ильк прав, успокаивала я себя, то и не дадут.

Спокойно, Клешня, спокойно. Лох как лох, будь он хоть семи пядей во лбу. Мы его надуем.

А Тяпка не кинулась. Она мучительно, еле переступая, протягивая нос вперёд, вся вытянувшись, еле брела к этому дому. И я уже подошла достаточно, чтобы дом заполыхал внутри меня ослепительным чёрным жаром, – не знаю, какими словами это ещё можно описать.

Он был не мне чета, тот, кто в этом доме сидел!

Я была маленькая девочка, а он… мне он представился штормовой волной, которая смоет и покатится дальше, кошмарной и безжалостной силой. Я шла к настежь открытому, но завешенному шторкой низкому окошку дома, выходящему на широкий пустой двор, и с мучительной ясностью понимала, что он подходит к этому же окошку с другой стороны. Вот сейчас он отдёрнет миленькую шторку, вышитую розовыми цветочками, мы увидим друг друга практически глаза в глаза…

И конец мне.

Я не знала, что делать.

Я шла так же медленно, как Тяпка, еле переставляя чугунные ноги, перебирая про себя виды звёзд, щитов, охранных молитв, и всё это было как девчоночий кружевной зонтик, когда надо как-то укрыться от надвигающейся волны высотой с дом.

Тот за окном – он не того калибра фигура был. И сейчас он уже понял, кто именно его навестил: на таком мизерном расстоянии, с его возможностями – какая маленькая и светленькая безделушка может меня прикрыть?

Последний шаг я сделала, уже слыша его последний шаг там, за стеной. И по карнизу свистнула штора. И в этот миг случилось нечто фантастически быстрое и фантастически непонятное: что-то мелькнуло мимо меня, кто-то ахнул или вскрикнул – и рухнуло тело, и всё это одновременно. И напряжение пропало мигом, будто кто свечу задул.

И Тяпка залаяла, то ли злобно, то ли радостно – упёрлась лапами в стену и лаяла в окно.

— Пойдёмте в дом, леди, – сказал Ильк. – Поглядим, что как.

Я оглянулась на него.

Он стирал кровь со штыка пучком сочной травы. И до меня дошло.

— Нет, Ильк, – сказала я. – Ты будешь здесь, брат. Пока он был живой – ты мог, а сейчас уже не сможешь. Сейчас – это моё дело.

И свистнула Тяпку, а потом дёрнула дверь.

Дверь не подалась. И Ильк без слова высадил её плечом и распахнул дурацким и галантным жестом:

— Леди?

— Здесь стой, – сказала я раздражённо. – И следи. Позовёшь, если что.

И вошла внутрь.

Тяпка проскочила в дверь вперёд меня – и через миг я услышала её злобное рычание. И сама вбежала в дом через маленькие сени – быстрее, чем хотела.

Успела только отметить, что запах совершенно ненормальный. Не должно так пахнуть в таком домике. Тут должно пахнуть травником, пирогами, старым деревом, керосином, дымом и немного кошками, а пахло – падалью и какими-то алхимическими реактивами. И серой.