Пепел Элларии - Джулия Фокс Страница 123

Я не дал ей закончить, впиваясь в её губы новым поцелуем. В нём больше не было отчаяния — только голодное, накопленное напряжение, сорвавшееся с цепи. Мои ладони скользнули по её мокрой спине, прижимая её к себе так сильно, что между нами не осталось пространства. Каждое моё прикосновение отдавалось в ней вспышкой, которая тут же возвращалась ко мне, заставляя кровь закипать. Она прерывисто выдохнула мне в губы, её пальцы впились в мои плечи.

Я подхватил Эвелин под бёдра, и она инстинктивно обхватила мою талию ногами, прижимаясь ещё ближе. Вода с шумом расплескалась, когда я опустился вместе с ней на широкую каменную ступень в купели. Мы оказались погружены по грудь в горячее марево.

Я на мгновение прервал поцелуй, спускаясь к её шее. Эвелин откинула голову назад, подставляя кожу под мои губы, и её стон, приглушённый и хриплый, эхом отразился от влажных стен. Мои руки изучали изгибы талии, шёлк бёдер, тяжесть груди, к которой я прижал ладонь, ощущая, как она выгибается навстречу. Каждый её вдох становился всё более сбивчивым, а пальцы, сжимающие мои волосы, направляли меня, требуя большего.

Когда я вошёл в неё, мир за пределами комнаты перестал существовать. Эвелин вскрикнула, пряча лицо у меня на плече, и содрогнулась всем телом, подстраиваясь под мой ритм. Движения в воде были медленными, тягучими и невыносимо глубокими. Жар жидкости смешивался с жаром наших тел.

Её сердце билось о мою грудь, и в этом ритме была вся правда, которая мне была нужна. Её ногти оставляли полосы на моей спине, но эта боль только подстёгивала, заставляя забыть о ранах и усталости.

— Каин... — выдохнула она, когда развязка стала неизбежной. Её голос сорвался на высокой ноте, и она сжала мои волосы, содрогаясь в мощной волне наслаждения, отозвавшейся во мне через связь. Я последовал за ней мгновение спустя, чувствуя, как внутри всё выгорает дотла.

Мы долго сидели так, не разнимая объятий. Я прижимал её к себе, слушая, как выравнивается её дыхание. Вода вокруг нас успокаивалась, как и буря в моей душе.

— Ты действительно собирался перебить весь город? — прошептала она мне в шею.

— Если бы пришлось, — ответил я, закрывая глаза и вдыхая запах ее волос, мокрой кожи и чего-то неуловимо светлого, принадлежавшего только ей.

— Ты невозможен, Жнец, — тихо рассмеялась она с безграничной нежностью.

— Зато я здесь.