Имперский вор. Том 4 - Дмитрий Ра Страница 123

…её зачерчивают ослепительно белые лучи света. Будто лазер.

ДА!!!

Парни справляются с разломом минут за пять. И догадываюсь, какой ценой.

Ещё через пару минут я отзываю не нужную больше тьму, и на поляне воцаряется тишина.

Лекс первым отшвыривает в сторону автомат и кидается к стоящему на четвереньках Ильину. Палей продолжает стоять с поднятым стволом. А Токсин падает навзничь. Ещё и улыбается, поганец!

— Камень… У меня вышло! Ты видел?

Вышло, но выложился подчистую. Ну, это поправимо.

— Ингредиенты, – бормочет Токсин и начинает вставать.

Помогаю и не сразу обращаю внимание, что Палей, выронив автомат, с открытым ртом пялится на Лекса, а тот стоит над Ильиным в странной позе. Будто пытается закрыть его собой.

— Ну что ж ты так… – бормочет он. – Ну блин… Ну ты дал…

Я даже не сразу понимаю в чём дело. А когда доходит…

…тоже сажусь на землю.

Потому что за спиной Егора Ильина торчат крылья. Большие, серьёзные крылья, метра в три размахом. Цветастенькие такие, от желтоватого до чёрного на концах перьев. Орлиные, блин…

— Прощай, инкогнито, – мрачно говорит Лекс, поднимаясь.

На лице Егора Ильина нет клюва или чего-то подобного. Но это совершенно другое лицо. Незнакомый парень, которого я знаю как провинциального аристократа, поднимает на меня глаза и криво усмехается:

— Что, Ник? Не узнал? Я сам не понял, как эта хрень вышла.

Он показательно поводит крылом.

Но я узнал, чего там. Вот только что узнал, что уже почти четыре месяца плотно общаюсь с родным сыном российского императора. Оборотнем-грифоном, не способным к обороту. Правда, младший царевич ещё несовершеннолетний, у оборотней бывает такая задержка…

— Это стресс, – говорит уже опомнившийся Палей. – От стресса ты обернулся. Не целиком, но это нормально, теперь у тебя дело пойдёт. То есть у вас. Ваше высочество. Поздравляю!

— Спасибо, – мрачно благодарит его высочество. Георгий Александрович Романов, мать его… чтоб здравствовала вечно!

Вспоминаю слова Ольги Назаровой.

«А тебе известно, например, что младший царевич лет с семи живёт под личиной? Вот как начались покушения на императора, так его и скрывают. Наследника не скроешь, так хоть младшего уберечь».

— А ты же в Британии живёшь? – с любопытством спрашивает Токсин. – То есть вы.

— Да пошёл ты…

— Это отличная мысль, ваше высочество, – киваю я.

Надо забирать его отсюда. Свои-то промолчат, уверен. А назаровцы, которые вот-вот очнутся? Не убивать же их ради инкогнито императорского сына.

Можно замотать морду принца тряпками и в таком виде доставить его во дворец. Но крылья?! В общем, я подумаю над этим в мире Теи. И эфира там хоть завались, может, сам назад обернётся.

Командую:

— Собирайте добычу, забирайте этих долбаных жертв – и валите в Москву. А мы с Егором… с Георгием Александровичем, блин! Сходим кое-куда.

На плечо мне тут же прыгает Крайт, а в его высочество мёртвой хваткой вцепляется…

…Лекс, конечно. Судя по его бормотанию, он-то знал, с кем имеет дело всё это время.

— Стоп. Куда ты собрался? Без меня он не пойдёт, – категорично заявляет Лекс. Оборачивается к Палею с Токсином: – Ни слова никому! Иначе убью обоих не задумываясь!

— Я с вами, – говорит Палей. – Я тут самый здоровый и знаю, как помочь с оборотом. Но потребуется время, и не один час. Я первый раз с волчьим хвостом неделю проходил.

— Я тоже с вами! – требует Токсин. – Хрен с ней, с добычей. У меня зелья кой-какие с собой, вдруг пригодятся.

Да хрен с вами со всеми!

Открываю портал, касаюсь татушки на животе – ключа Теи.

— За мной! – командую, подхватывая Егора.

⁂

Это не мир Теи.

И, хвала Высшему, не разлом.

И даже не Российская империя.

Вместо неба – сеть каких-то кристаллических структур, похожих на изображение нервной системы. Вместо солнца – зелёные шарики в узлах сети. Под ногами каменные плиты до самого горизонта.

И ничего вокруг. Такая каменная пустыня, чтоб ей.

Без раздумий плету портал, опять касаюсь татушки. Не срабатывает. Я притащил его высочество в неизвестный мир и не знаю, как отсюда убраться.

Но это не самое страшное.

Самое страшное, что здесь нет эфира.

Никакого.

Совсем.

Конец 4 книги