Ураганная эпоха - Сергей Плотников,Варвара Мадоши Страница 125

— Надеюсь, что глупенькая… — вздохнула мама. — Только у меня от Марины Сумароковой все равно сердце не на месте! Вроде как она Аркадия разлюбила, и давно уже — но замуж так почему-то и не вышла! Живет с родителями до сих пор — представляешь?

— Очень даже представляю, — спокойно сказала бабушка. — Если с родителями хорошие отношения, то зачем съезжать? А лет ей сейчас сколько? Ты говорила, она ровесница вашего друга Кирилла…

— Ну, старше на пару лет, но биографических, не биологических. Она же из девочек-волшебниц. Так что ей сейчас что-то около тридцати.

— Ну вот видишь. Возраст — еще ни о чем, особенно по нынешним временам, когда у всех омоложение. Ты привыкла, что люди рано женятся, да и все твои друзья, бывшие дети-волшебники, рано семьи позаводили. А ей, видимо, и в старой семье комфортно. Такое бывает. Может, она замуж выйдет только лет через десять!

«Нет, не через десять, а через пятнадцать, — мысленно возразил Лёшка. — Впрочем, она может быстренько сходить за кого-нибудь замуж и развестись, чтобы убедиться, что я лучше, не возражаю».

* * *

Итак, Лёшка планомерно шел к выполнению своего плана. В подростковом возрасте — кажется, лет в четырнадцать — он осознал, что, хотя это кажется очень романтичным, заявиться в день своего двадцатипятилетия к избраннице с кольцом и букетом цветов и сказать: «Вот, милая, я выполнил наше обещание, вот моя квартира, личный вертолет и брокерский счет на восьмизначную сумму» — но в этом случае такая женщина, как Марина, скорее всего просто пошлет его на фиг. И будет права. Материально она и так обеспечена, привыкла жить с родителями, поскольку у них в семье полные гармония и идиллия — как со смехом однажды сказала мама Ксюша, «смотреть тошно, даже не ссорятся никогда!».

А главное, она не будет Лёшку знать совершенно. Он, быть может, огорошит ее внешним сходством с отцом, но Лёшка был почти уверен, что от той детской любви, вопреки маминым опасениям, мало что осталось. Лёшка всегда старался навострить уши, когда мамы Лошадки обсуждали Марину, и собрал про нее довольно неплохую коллекцию сплетен. В частности, знал, что она все же съехала от родителей — когда ее младшие брат и сестра, которых ее мать родила после омоложения и излечения от каких-то сердечных хворей, вошли в подростковый возраст — и что у нее за все эти годы было трое или четверо любовников, включая университетского профессора и командира спецназа. Однако никто из них — вроде бы! — даже не приблизился к статусу мужа.

Лёшка не хотел стать одним из Марининых краткосрочных увлечений. Он нацелился именно на спутника жизни, но подозревал, что это будет не так-то просто. Наблюдая за старшим братом Вардой и даже немного проверив самостоятельно, он убедился, что с их внешностью (а она у них была практически одна на двоих) попасть в постель к большинству женщин несложно — но вот что потом?

В случае Лёшки «потом» он с разной степенью неловкости обычно говорил девушке, иногда плачущей, иногда разъяренной: «Извини, но я ведь тебя сразу предупреждал, что люблю другую и даже пытался отказаться! Ты сама меня зазвала к себе в постель, и очень настойчиво… Так, стоп, если ты кидаешься мебелью, я ухожу!»

Как Варда годами умудрялся расставаться с девушками мирно? Ну, почти всегда. Там было один-два инцидента, но они составляли не более чем статистическую погрешность. Лёшке это удивительное искусство не давалось, так что после пары случаев он решил, что достаточный опыт наработан — и в дальнейшем на все попытки соблазнить его реагировал максимально холодным, жестким и недвусмысленным отказом. За который на него тоже частенько обижались! А вот Варда как-то таких в случаях умудрялся не обидеть! Как⁈ Неужели подколдовывал? Гиасы тихонько раздавал направо и налево? Не хотелось думать так о брате, но другого объяснения Лёшка не видел.