Серебряная Элита - Дани Франсис Страница 128

Айви подносит бинокль к глазам; в этот миг вспоминаю, что я не одна.

— Капитан здесь, – говорит она.

И словно для того, чтобы это подчеркнуть, в наушнике гремит голос Форда:

— Давайте, ребятки, не ударьте лицом в грязь! У нас сегодня зрители. Не опозорьте меня. Первая пара, вторая цель!

Вторая мишень потруднее. Угол, направление ветра – все это усложняет задачу.

Несколько раз глубоко вдохнув, я поднимаю винтовку. Айви сбоку сверлит меня взглядом; я почти физически ощущаю ее неотступное внимание. Но приказываю себе забыть обо всем и сосредоточиться на мишени.

Гремит выстрел. Новое попадание – и снова прямо в яблочко!

Айви смотрит на меня во все глаза. Один раз – просто совпадение, допустим, но дважды?!.

— Кто это был? Эверси? – слышу голос Форда в наушнике. Кажется, он впечатлен.

— Дарлингтон, – не без самодовольства отвечаю я.

— Что ж. Как говорится, даже сломанные часы два раза в день показывают точное время.

Бросаю в пространство убийственный взгляд; Форд, увы, его не видит.

— Следующая цель!

Мишень номер три от нас ярдах в восьмистах. Под еще более сложным углом. Айви предостерегающе поднимает руку, я бросаю на нее взгляд.

— Не надо. Ветер меняется. Подожди.

Надо отдать ей должное, она хороший стрелок.

Жду, затем стреляю.

В яблочко!

И еще раз.

В яблочко!

И еще.

В яблочко!

Хотя микрокомм молчит. Это еще почему?

Перевожу прицел туда, где возле белых брезентовых палаток стоит вместе с Фордом Кросс. Они пьют кофе и о чем-то пересмеиваются. Глядя на них, я закипаю от ярости. Разумеется, мои ошеломительные результаты они увидят позже – все данные будут переданы им на планшеты, но я хочу, чтобы на меня смотрели сейчас! Зачем вообще стараться, если не для того, чтобы впечатлить этих высокомерных ублюдков?

Чертыхнувшись себе под нос, обвожу взглядом лагерь. От нас он примерно в двенадцати сотнях ярдов. Вожу прицелом туда-сюда, пока не нахожу подходящую мишень.

— Эй, лейтенант! – обращаюсь я в коммуникатор к Форду.

— Что еще? – недовольно спрашивает он.

— Слева от вас, возле кострища, столик. Термос на нем ваш?

— Да, а что?

Облизываю внезапно пересохшие губы. Стрелять в цель с такого расстояния, при сильном встречном ветре, когда солнце бьет в глаза, – безрассудство даже для меня.

Слегка изменив позицию, снова вглядываюсь в прицел. Очертания термоса размыты пляшущей дымкой раскаленного воздуха. Ветер треплет мне волосы и щекочет затылок, добавляя еще одну сложность к и без того трудной задаче.

Ну что, один раз живем, верно?

И я стреляю.

Пуля пробивает в стальном термосе дыру, и вода выплескивается во всех направлениях. Заливает стол, льется наземь.

Я улыбаюсь.

В наушнике – глубокое молчание.

Айви смотрит так, словно не верит своим глазам. Сквозь прицел вижу то же изумление в глазах у Форда. Но не у Кросса. Он изгибает губы в улыбке, и в наушнике я слышу его голос:

— Знаешь, Голубка… выпендрежников никто не любит.

_______

Сегодня победа за мной. Спорить не о чем. И однако, когда позже в столовой мы проверяем свои результаты, передо мной на экране какая-то бессмыслица.

Шестьдесят пять процентов.

Вскакиваю и бегу к столу, за которым болтают наши инструкторы.

— Никто из наших курсантов, – кричу я, – не стрелял сегодня так, как я! И вы мне присудили шестьдесят пять процентов? Вы что, издеваетесь?