Что будет после расторжения помолвки? Книга 1 - Мари Морикава Страница 128

Арклейн привел Эстель в комнату, предназначенную для встреч с преступниками, пространство внутри которой было разделено надвое решетчатым окном, напоминая исповедальню. Когда гвардейцы привели Лже-Лию, ее лицо на мгновение гневно исказилось, но в следующий момент девушка резко побледнела. Взгляд самозванки устремился на стоявшего позади Эстель Арклейна.

Принц говорил, что не пытал ее, но правда ли это? Девушка невольно окинула взглядом Лже-Лию с головы до ног. На первый взгляд ничего не было заметно. Но возможно, когда Арклейн угрожал воткнуть иголки под пальцы Лже-Лии, он просто не сильно поранил ее.

— Вам… еще что-то нужно от меня?.. – голос Лже-Лии дрожал от страха.

— Господин Арк, похоже, она боится. Не могли бы вы оставить нас вдвоем?

— Я, кажется, уже говорил, ты можешь с ней встретиться только в моем присутствии.

— Но здесь ведь все равно есть охрана.

Внутри комнаты для свиданий находились четверо гвардейцев, пристально следящих за происходящим. Эстель ждала ответа Арклейна. Тот отвел взгляд и тихо вздохнул:

— Хорошо, но если я почувствую что-то неладное, то сразу вернусь.

Принц неохотно согласился и покинул помещение.

— Ты назвалась Дианой Потрие, Лже-Лия, – убедившись, что Арклейн ушел, Эстель обратилась к самозванке.

— Я не могу доказать это из-за действия древнего артефакта, меняющего облик, но я действительно Диана Потрие, – устало ответила Лже-Лия и с досадой закусила губу. – Зачем ты явилась? Посмеяться надо мной, какая я дурочка? Позволила себя обмануть гадалке из племени лупт, и вот к чему это все привело! Из-за тебя моя жизнь теперь разрушена!

— Как ты смеешь! – гвардейцы по ту сторону решетки направились было к Диане, чтобы усмирить ее, но Эстель остановила их движением руки.

— Пусть говорит, что хочет. Я не возражаю.

Это все, что теперь остается леди Потрие. Что бы эта женщина ни говорила, ее слова нисколько не задевали Эстель. Родившись в семье лорда, девушка знала, как обращаться с преступниками.

Видимо, самозванка подумала, что Эстель насмехается над ней. Такие же, как у настоящей Лии, сине-фиолетовые глаза девушки вспыхнули яростью, и она с ненавистью впилась в Эстель взглядом.

— Ты утверждаешь, что твоей ненавистью ко мне воспользовались?

— Да! Найдите Флорику! Я действительно ненавижу тебя всей душой, но смерти не желаю! Прошу! Иначе меня казнят за государственную измену! Я не хочу умирать!

Эстель в замешательстве слушала, как Лже-Лия отчаянно оправдывалась. Теперь она понимала, почему Арклейн назвал самозванку «обладательницей уникального склада ума» – та не признавала вины, не раскаивалась, а из ее уст звучали лишь жалкие попытки переложить вину на других и выгородить себя.

— И почему же ты меня ненавидишь?

Если Лже-Лия – это действительно Диана, то именно Эстель должна была испытывать к ней ненависть.

— Потому что господин Лайл смотрел только на тебя! Почему?! Ведь я намного красивее и милее! – выпалила Лже-Лия.

От ее ответа Эстель потеряла дар речи.

— Почему такая, как ты, удостоилась внимания принца Арклейна? И Лайл, и его высочество – все тебе одной! Как такое возможно? Это нечестно!

Почему она должна выслушивать оскорбления от человека, которого едва знает? Ход мыслей этой девушки ей был непонятен.

— Господин Лайл сошел с ума тоже из-за тебя, Эстель Фрозе! Если бы не ты!