Хозяин ветра - Мария Семенова,Анна Евгеньевна Гурова Страница 130

Дальше путь стал еще сложнее. Кайе приходилось лезть на четвереньках, хватаясь за свисающие корни сосен и скользкие стволы березок. К счастью, оставалось недолго. Кайя устраивала свой тайник уже беременная, оттого и не стала забираться на самую вершину скалы. Она и сейчас легко достигла выемки меж двух плит дикого камня, в незапамятные времена упавших одна на другую и сложившихся в подобие домика. Нерукотворный домик был почти засыпан снегом, но Кайя помнила приметы и без труда нашла его.

«Хоть бы только какие-нибудь чакли не наведались к ухоронке прежде меня!» – думала она с тревогой, всовывая руку по плечо в снег и шаря под камнями. Наконец пальцы наткнулись на большой кожаный мешок, залубеневший от холода. Кайя с облегчением потянула его наружу: не помять, не порвать! То, что лежало в мешке, требовало бережного обхождения…

За спиной раздался шелест огромным крыльев, пахнуло ветром. Кайя повернулись, болезненно остро вспомнив Анку. Тунья была на него так похожа… Впрочем, лишь внешне.

— Что там у тебя? – с любопытством спросила Мара, ухватившись когтями за толстую ветку ближайшей сосны. – Надеюсь, что-то важное.

Кайя не ответила, дергая замерзшие кожаные тесемки. Сперва она хотела убедиться, что сокровище в мешке пребывает в целости и сохранности. Вдобавок она была не слишком довольна спутницей. Они двигались к югу уже несколько дней, и все это время от туньи не было никакого проку. Мара все время где-то пропадала – может, летала на разведку, может, охотилась. Возвращалась лишь для того, чтобы посетовать на медлительность бескрылых, и снова уносилась вдаль. А Кайя медленно тащилась на лыжах дальше, провожая мрачным взглядом крылатую тень в небесах.

— Ты лезла на эту гору, как улитка, – продолжала высказывать недовольство Мара. – Мы потеряли почти день! Почему ты просто не попросила слетать сюда и притащить тебе этот старый мешок?

— Если хочешь, чтобы дело шло быстрее, – сквозь зубы прошипела Кайя, – помоги распутать эти тесемки!

С помощью острых когтей туньи обледеневший мешок был наконец развязан. Наружу вырвался ворох перьев. Пестрые, рыжие, серые, коричневые, черные…

— О! – воскликнула Мара. – Крылья! Мы наконец полетим?

— Нет, они не для таких полетов.

— Верно, ты же внучка сейда. Вам, летучим камням, крылья вовсе не нужны…

— Так я же не летучий камень, – фыркнула Кайя.

— Тогда зачем тебе чужие перья? Или ты собираешься навтыкать их себе в косы?

— Это шаманская накидка, – сказала Кайя, стараясь не обращать внимания на насмешки туньи. – Я сплела ее еще прошлой осенью. И спрятала здесь, подальше от гнезда…

— Ты говоришь о сгоревшем гнезде, что на уступе внизу?

Кайя мельком удивилась, что тунья вообще ухитрилась заметить останки гнезда на заснеженном утесе, но ответила:

— Да. Это было мое гнездо.

— Ты жила в гнезде?

— Конечно. Анка сплел его для меня.

Мара покачала головой и долго молчала.

— Гнездо было сплетено очень хорошо, – тихо сказала она наконец. – Красивое, крепкое. Похоже, твой муж очень любил тебя…

Она присела рядом с Кайей и принялась рассматривать шаманские крылья.

— Сколько добрых перьев! Я смотрю, тут и орлиные, и серые гусиные…

— Чтобы летать во все миры, выше облаков, над горами и над морем, не зная устали…

— Тут и совиные, для ночной охоты, верно? А это что? Неужели перья тунов? Их дал тебе муж?