Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт Страница 132

Совет

После закрытия дверей за камер-юнкером государь желчно промолвил:

— Ну что, Карлуша? Решил узнать, правильные мысли у мальца в голове или совсем даже неверные? А? Никаких мыслей у него нет! Чего ты хочешь от мальчишки? Чтобы, как первый раз на приём попал, сразу про политику стал думать? Нет! Он просто стоял и глазел. Скажи спасибо, что хоть рот не разевал! Ты тут мне теории строишь про его советы Лаурке! Он ей самое вредное насоветует – юбку укоротить до половины лодыжки да декольте увеличить до пупа… И привилегию себе вытребует – титьки фрейлинам перед дежурством мять, для проверки соответствия. На большее у него ума не хватит! Молодой ещё! Хоть и умный, а всё дурак.

Канцлер покаялся:

— Ваше величество, я ради дела сомневался. Вдруг чего. Нам чужое влияние вредно.

— Значит, его назначение подписываю? Или у кого другие соображения есть? Торан, ты как?

— Да какая разница? Любой сгодится, если инициативы нет. Главное, чтобы не вмешивался в дела, по команде открывал рот и вещал «да» или «нет», как ему будет велено. Этот хоть правду говорит, не виляет, подобно многим.

— Лагоз?

— Исполнитель он прекрасный, а вот с инициативой у него действительно туго. Тихий даже зелье мне не сообразил предложить. Я сам заметил и поинтересовался, почему так быстро отросли волосы. Лаурка парня ценит, пусть будет.

— Как у него по службе?

Вперёд выступил дежурный титулярный камергер.

— Ваше величество, по гоф-маршальской и камер-фурьерской росписям замечаний нет. Дисциплинирован. Ходит по предписанной форме. Обязанностями не манкирует. Отличился как гоф-медик, прирастив отрубленные пальцы. В обращении со старшими почтителен, со служителями ровен. Из недостатков можно отметить только излишнее увлечение гимнастикой.

— Не понял! Это как?

— Ваше величество, ночами занимается в гимнастическом зале. По четыре часа изнуряет себя.

— Девку ему нужно, ваше величество, – авторитетно посоветовал один генерал. – Тогда и изнурять себя не станет. Я по молодости тоже, бывало… Лучше так, чем рукоблудством грешить.

— Возможно, ты и прав. Значит, по службе к нему замечаний нет?

— Пока хорош, ваше величество, – согласился титулярный камергер.

— Карл, у тебя сомнений не осталось?

— Нет, ваше величество.

— Тогда готовь указ, Лаурка подпишет. Подбери ему в помощь секретаря поопытней, пару чиновников и контору, комнаты в три-четыре. Да! За парикмахерские заслуги надо наградить чем-нибудь посущественней блестящей цацки. Подумайте и предложите. Лучше разово, можно с годовым доходом дукатов до полуста. Пока ему хватит. Теперь о гильдии.

— С ней ссориться нельзя – без волшебников останемся.

— Торан, ты точно знаешь? Куда они все разом провалятся? Или по соседям разбегутся? Мы им так же важны, как и они нам. Только в последнее время наш верховный магистр пробует то тут, то там нас на крепость проверить. Тихому предписание прислал. Гильдии выскажут моё недовольство, а они на секретаря сошлются – ошибся тот, дескать. А подчинись Тихий, мне гневаться на парня надо было бы, а волшебники его утешать бы стали. Раз, другой, третий. Старались бы на свою сторону перетянуть.

— Что нам делать? Терпеть?

— Зачем терпеть, Лагоз? Мы магистров на свою сторону тянем. Треть совета уже наши. Ещё лет десять-двадцать – глядишь, и главу гильдии из верных выберут. Однако без ответа наезд оставлять нельзя. Приторможу им поставки из колоний.