Пламя в небе - Софи Джордан Страница 133

Как только нас заметили, к дороге стали стекаться люди. Их голоса, как гром, перекатывались в воздухе. Моих ушей достигали обрывки разговоров… слов, среди которых часто повторялось одно: дракон.

Они уже знали. Воины Фелла постарались. Мне стало не по себе, хотя я понимала, что они, разумеется, не могли не предупредить об опасности свой народ.

Местные жители думали, что нас нет в живых. Что мы стали жертвами дракона. И теперь, воочию наблюдая, как мы скачем по улицам, они встречали нас как героев. В их глазах мы были олицетворением самого настоящего чуда.

На меня все таращились и показывали пальцами – то ли потому, что я была новой леди Приграничья, то ли потому, что спаслась из когтей дракона. Думаю, причиной проявленного интереса послужило и то и другое.

Мы ждали, когда перед последними воротами опустят подъемный мост, по которому мы проедем в замок.

— Тамсин, вот ты и дома, – произнес Фелл, глядя на меня.

Я натянуто улыбнулась и снова устремила взгляд вперед, на громаду крепости, за которой вздымалась стена горной гряды. Создавалось обманчивое впечатление, что горы совсем рядом, рукой можно дотянуться.

— Сегодня ты будешь спать в теплой постели, на свежих простынях, и подушек у тебя окажется столько, что и не сосчитать, – пообещал Фелл.

С тех пор как мы воссоединились в скоге, он относился ко мне с заботой и лаской, словно пытался загладить вину. Все они – Фелл, Мари, Магнус и Видар – были исключительно добры и внимательны ко мне. Вне сомнения, из чувства благодарности. Ведь я спасла их от хульдры.

— Звучит заманчиво. – И я не иронизировала. Приятно будет понежиться в теплой чистой постели с горой подушек.

Уже много недель я ночевала под открытым небом. Целая жизнь миновала с той поры, когда у меня была крыша над головой и я спала в кровати близ пылающего очага. После того как мы выбрались из скога, еще неделя ушла на то, чтобы доехать до Борга.

Подъемный мост загремел цепями и с грозным лязгом опустился. Наш маленький отряд направился по нему внутрь крепости. Мой взгляд сам по себе снова устремился к зазубренным горам, возвышавшимся над нами. Их гребни терялись в облаках и тумане, но все равно было видно, что они массивные. На отвесных склонах, укрытых серебристо-белым снегом, местами чернел голый камень.

Крепость, громадная и обширная здесь на земле, на фоне вершин Скалогорья выглядела миниатюрной. Мне подумалось, что, возможно, прямо в это мгновение кто-то смотрит оттуда на нас… наблюдает.

Эти горные пики, находившиеся на удалении многих миль, словно дразнили, прячась в облаках, но я уже видела их, когда в панике металась в поднебесье. Вершины Скалогорья отпечатались в моей памяти. Поэтому, закрыв глаза, я могла ясно представить горные гребни во всей их грозной величавой красе.

Лошади, цокая копытами, понесли нас вскачь в чрево зверя, в львиное логово, в святая святых вражьего обиталища. Под бдительным оком гор. Но меня их взор не пугал. Я не воспринимала эти горы как суровый холодный каменный частокол. Для меня это был не грозный хребет, отвращающий слабых и привечающий только самые смелые и безрассудные сердца, которые отваживаются взбираться на его склоны и уступы, чтобы снискать богатство и славу.

Эти горы меня не страшили, не отталкивали своей неприступностью.