Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим... - Анна Кривенко Страница 135

Что же это значит?

* * *

Василий Петров пришёл в назначенное время. К несчастью, Семён задержался на тренировке и слишком поздно вспомнил о назначенном свидании. Когда же рванул к воротам, то увидел, как двуколка, в которой сидели дознаватель и Варя, поспешно укатила в сторону столицы.

Вспышка ярости, охватившая Семёна, была сокрушительной.

Он разрубил тренировочное чучело так, что от него остались одни щепки. Солдаты сторонились командира, перешёптываясь и гадая, что на того нашло. А он и сам не мог понять, что происходит.

С тех пор Варя стала ходить на свидания с дознавателем каждые выходные. И всякий раз Семён злился до потери пульса. Но не лез к ним. Боролся с собой, как мог, надеясь, что эти безумные чувства пройдут. Однако они лишь нарастали.

И вот однажды он стал свидетелем их прощания у ворот после свидания.

Подойдя к Варе, Василий наклонился и чмокнул её в щёку. И в этот миг с Семёном что-то произошло.

Он рванул к ним, и если бы Василий Петров не умчался прочь на двуколке, вероятно, затеял бы поединок. Вместо этого Семён схватил Варю за руку и потащил за собой. Она вырывалась, требовала объяснений, но он уже ничего не слышал.

Парень завёл её в один из глухих коридоров и развернул к себе. Ярость клокотала в груди огнём.

— Как ты можешь… — процедил он яростно, — позволять себе такие бесчестия прямо у ворот нашей госпожи!

Служанка смотрела на него с ужасом в глазах.

— Вы что, совсем с ума сошли, командир? — бросила она обиженно. — Какие бесчестия? Я думаю, что Василий вот-вот сделает мне предложение, и мы станем женихом и невестой. Не лезьте в мою жизнь! Вы меня больше не интересуете. Я вас больше не люблю. Оставьте меня в покое!!!

Эти слова будто вырвали у Семёна что-то из груди. Он вдруг почувствовал страшную, чёрную пустоту, будто потерял нечто самое важное.

Яростно зарычав, он притянул девушку к себе и накрыл её губы жёстким, требовательным поцелуем. Её губы оказались мягкими и податливыми, нежными, как шёлк. Варя обмякла в его объятиях и ответила — робко, неумело.

Когда волна ярости схлынула, её сменило ясное, пугающе очевидное понимание: она ему нравится. Нравится её лицо, её запах, её губы. Ему нравится, как она смотрит, как ходит, какого цвета у неё глаза.

Это было не похоже на восхищение Еленой Николаевной. В хозяйке он любил неземной образ, идеал, который манил и будоражил. А чувства к Варе оказались крайне приземленными, но… живыми и настоящими.

Ему вдруг отчаянно захотелось забрать её себе и никогда больше не отпускать.

Парень отстранился, заглянул в затуманенные глаза Варвары и, тяжело дыша, проговорил:

— Больше… не ходи на свидания… с Петровым. Ходи на свидания… со мной.

Варя округлила глаза.

— Ты издеваешься надо мной⁈ — воскликнула она, и глаза её наполнились слезами. — Ты просто играешь со мной, да?

Она попыталась вырваться, но он не отпустил.

— Не играю… — глухо сказал Семён. — Я говорю искренне. — Он замялся, переступая через гордость. — Ты нравишься мне, Варвара. Очень! Жаль, что я понял это только сейчас…

Он сказал это!!!

Варя перестала плакать, и в глубине её глаз вспыхнула надежда.

— Правда?.. — прошептала она и вдруг счастливо улыбнулась. — Тогда я… согласна.

Да, она по-прежнему любила только его…

* * *

Один год спустя…