Змееловы из Парансана - Ася Фуллер Страница 137

— Хаяни! – заорал Риви. – Слышь, Хаяни!

Змей помешкал секунду. В глазах мелькнуло удивление.

— Хорошо! – крикнул Риви снова. – Хорошо! Но что ж ты за тварь такая, что даже не даешь нам помолиться перед смертью? Что ж ты, Хаяни, за мразь!

Удивление в змеиных глазах стало более ощутимым – Риви чувствовал его всем телом. Змей молчал, потом в голове у Риви все загудело, и откуда-то издалека ясно проступили сказанные басом слова:

— Помолись.

— Но мне нужна книга! – снова заорал Риви, приподнявшись на локтях. – Книга пророка!

Госпожа Кун остановилась, вытянулась в струну и посмотрела на Риви затравленно – будто это она, окровавленная, лежала на ступеньках, а не он.

— Хаяни! – гаркнул Риви, напрягая легкие. – Вели своим тварям принести мне книгу пророка! Это моя последняя воля!

«Единственное, на что разумная змея готова пойти – выполнить последнюю волю того, кого она хочет сожрать».

— А что, без книги уже молиться не умеешь? – послышался насмешливый голос где-то в затылке.

— Представь себе, – так же насмешливо ответил Риви. – Помолюсь, и так и быть: жри и живи еще двадцать пять лет. Только меня тоже не забудь сожрать. Кровь у меня обычная, но уж не подавишься.

В голове раздался лающий смех.

— Сам принесу. Все равно никуда не убежишь.

Хаяни упал на четыре лапы и запрыгал по ступенькам, кроша камень.

Риви кое-как поднялся, превозмогая боль, пополз вниз, нашарил топор и, падая, добрался до Акиры – в тот самый момент, когда она начала заваливаться на спину. Риви поймал, вытер кровь с подбородка.

— Не отпускай оружие, – прошептал еле слышно. – Только не отпускай оружие.

Госпожа Кун смотрела на раскуроченную дверь храма с ужасом. Сначала снова показалась белая плоская башка, потом передние лапы, а потом и все длинное тело Хаяни. Риви убрал топор за спину.

Хаяни стек обратно по ступенькам на брюхе и, распахнув пасть, выплюнул мокрую тетрадку.

— Молись уже.

Риви аккуратно положил голову Акиры себе на колени, взял книгу и распахнул на середине. Пятна синих чернил. Квадратные парансанские буквы, сомкнутые в одну плотную, едва различимую линию. Запах старой бумаги.

— Пророк Донсу, – четко проговорил Риви, не разбирая ни строчки. – Прими нас в объятия свои, прости нам прегрешения, вольные и невольные, и даруй жизнь вечную на Земле, и вечный покой, и вечную память. – Он откашлялся и поднял на Хаяни прищуренный глаз. – Но лучше, дорогой пророк Донсу, не сегодня.

Риви посмотрел на змею, посмотрел так, как учил Минхи, – без страха быть съеденным. Так, как однажды получилось в Реджо. Желтые глаза поначалу казались живыми, человеческими, но вдруг взгляд Хаяни потерял ясность.

— Не отпускай топор, Акира, – повторил Риви, бросил книгу и вытащил оружие из-за спины.

Хаяни заметался, повернулся к госпоже Кун, и – не успел Риви опомниться – раскрыл пасть и проглотил ее целиком.

— Змея всегда выбирает невооруженных противников, – прошептал Риви, услышав характерный хруст.

Ветер зашелестел листами книги пророка – в толстой обложке, в маленьком углублении, лежал пузырек с ядом. Самое надежное место, говорила Минхи госпожа Кун – и была права.

Акира кашлянула кровью, резко поднялась, отползла от Риви и метнула в Хаяни топор. Упала навзничь, раскинув руки. Просвистел воздух, и лезвие мягко вошло под чешую. Хаяни захрипел и повалился на ступеньки – из пасти у него все еще торчал кусок непрожеванной черной шали.