История Кузькиной матери - Марьяна Брай Страница 138

— Нет уж, увольте, – прошептала я себе под нос, наблюдая, как Кузьма с учителем удаляются в сторону Ленских. Оставшись одна в тишине усадебного дома, я могла, наконец, погрузиться в свои мысли.

Эти вечера, наполненные лишь стрекотанием сверчков за окном и потрескиванием свечей, стали для меня временем глубоких раздумий. Я мысленно возвращалась в своё прошлое, прокручивая в голове развернувшуюся здесь и сейчас историю нашей любви, но уже с точки зрения той, прежней Аллы Кузьминичны.

Как бы я поступила тогда? Смех душил меня, когда я пыталась представить, как та, прежняя, я терпеливо дожидалась бы мужского предложения. Наверное, я бы просто схватила Василия Даниловича за руку и повела в ближайший приход, чтобы обвенчаться в тот же день, когда его матушка нагрянула с признанием.

Или того хуже, просто поставила бы перед фактом, не дожидаясь лишних слов. Эта мысль одновременно и смешила, и доводила до бешенства. Насколько же я изменилась! Прежняя Алла, возможно, была бы более решительной и прямолинейной, но она, кажется, совсем не думала о чувствах другого человека, о его переживаниях, о его страхах. Она бы просто взяла то, что хотела, не дожидаясь удобного момента.

Но мне нравилась эта новая я. Терпеливая, внимательная, способная ждать и уважать чужие чувства, даже если эти чувства проявляются с такой обезоруживающей нерешительностью. Я научилась ценить каждое его смущённое слово, каждый отведённый взгляд, его покрасневшие щёки.

Это было по-своему прекрасно, и я понимала, что только так и может быть между нами. Только так, с таким трепетом и уважением. И хотя эта затянувшаяся игра в «угадай, когда он сделает предложение» порой истерзывала нервы до предела, я не хотела бы ничего менять. Это было частью нашей истории, нашей особенной, только нашей, уже не на шутку разгоравшейся любви.