Опасный ритуал или (не) случайный призыв демона - Демьяна Нур Страница 14

К моему трону подвели очередную сущность. Бывший тиран, чья душа пахла разложением и страхом перед небытием. Я едва взглянул.

Палец, увенчанный перстнем из чёрного пламени, дрогнул.

— В котёл. На три цикла очищения. Пусть его гордыня послужит цементом для новых мостов Бездны.

Душа завыла, но её звук был поглощён беззвучным рыком стражей.

Всё было как всегда. Предсказуемо. Вечно.

И тогда это случилось.

Сначала, едва уловимая рябь.

Не в воздухе, а в самой ткани реальности. Как трещина на идеально отполированном стекле. Я замер, пальцы впились в подлокотники трона. Этого не могло быть. Порядок был абсолютен.

Рябь усилилась.

Превратилась в вибрацию.

Низкую, навязчивую, отвратительную в своей дисгармонии. Это был не просто звук. Это был крик. Душераздирающий, полный такой отчаянной, утробной боли и немыслимого, детского желания, что у меня, Арсанэйра, одного из трех Властителей Ада, на миг перехватило дыхание.

Крик шёл оттуда.

Из мира-скорлупы, из того примитивного, шумного измерения, что мои подданные иногда для краткости называли "верхним миром". Из мира людей.

Но это был не просто ментальный вопль.

Это была структура.

Убогая, кривая, слепая, но структура.

Ритуал.

Кто-то там, в той грязи и суете, не просто кричал от боли. Кто-то пытался оформить её в заклинание. И в своей убогой попытке он разорвал не барьер — барьер нерушим.

Он создал диссонанс такой чистоты отчаяния, что он резонировал с самой основой нашего мира, с упорядоченной болью.

И этот диссонанс… он потянул.

Не как призыв -меня, Властителя, нельзя призвать, как какого-нибудь низшего духа.

Это был принцип вакуума.

Там, в эпицентре этого душевного крика, образовалась пробоина в их реальности. А природа, даже природа междумирий, не терпит пустоты. Мощнейший поток энергии устремился в эту дыру, чтобы её заполнить, стабилизировать. И я был в самом его эпицентре.

— Что это?! — прошипел я, но мой голос потерял свою вселенскую мощь. Он стал просто голосом.

Мне показалось, я вижу образы. Искажённые, как в кривом зеркале. Женское лицо, искажённое плачем. Распечатанную фотографию самовлюбленного мужчины. Рюмку с кровью? Какой примитивизм!

И сила потока нарастала.

Мои стражи замерли, превратившись в бесполезные тени.

Зал Сумеречных Вершин поплыл перед глазами. Моя собственная мощь, связь с моим миром, внезапно стала якорем, который не удерживал меня здесь, а, наоборот, мешал сопротивляться этой чудовищной тяге.

Нет. Этого не может быть. Это нарушение всех правил...

Но протестовать было бессмысленно.

Я не был призван. Я был сорван.

Сорван с трона диким, неконтролируемым выбросом чистой, неструктурированной эмоциональной агонии из другого мира.

Последнее, что я увидел перед тем, как реальность распалась на сгустки хаотичной энергии, — это широко открытые, полные безумной надежды глаза той, кто это сделала. И я понял. Она не знала, что делает. Она даже не подозревала, во что ввязалась. Она просто хотела свою жалкую, ничтожную любовь.