Злая. Сказка о ведьме Запада - Грегори Магуайр Страница 142

Но вряд ли целью Эльфабы был сам Волшебник. Вероятно, она говорила правду, утверждая, что она слишком неопытна и слишком приметна, чтобы её выбрали на роль убийцы Волшебника. Значит, она участвовала в отвлекающем манёвре или в устранении возможного преемника или влиятельного союзника. Ведь сегодня вечером Волшебник должен был открывать антироялистскую, ревизионистскую «Выставку борьбы и добродетели» в Народной Академии искусств и механики неподалёку от Дворца.

Однако у начала Шиз-роуд Эльфаба свернула в сторону, прочь от Дворцового округа, и направилась куда-то через небольшой фешенебельный район Золотой гавани. Дома богачей охраняли наёмники, и она гулко топала мимо них по тротуарам мимо конюхов, сметавших снег с дорожек. Она не смотрела ни в небо, ни под ноги, ни назад через плечо. Фиеро подумал, что из них двоих более заметной фигурой был он сам, шествующий по снегу за сотню шагов от неё в парадном оперном плаще.

На окраине Золотой гавани примостился небольшой театр из голубого камня, настоящая жемчужина квартала – «Таинства дамы». На крохотной, но изящной площади во множестве мерцали белые огни, золотые и зелёные гирлянды, перекинутые от фонаря к фонарю. Готовилась какая-то праздничная оратория – Фиеро смог разобрать только надпись «Билеты проданы» на доске перед входом, а двери ещё не открыли.

Толпа уже собиралась, разносчики торговали горячим шоколадом в высоких керамических стаканах, а компания самодовольных молодчиков забавлялась тем, что исполняла пародию на старый унионистский гимн, чем немало досаждала пожилым горожанам. Снег падал на всех и всё – на огни, на театр, на толпу; он оседал в горячем шоколаде, обращался в ледяную кашу на брусчатке.

Смело, глупо, не утруждаясь принять осознанное решение, Фиеро взбежал по ступеням на крыльцо частной библиотеки неподалёку, чтобы не упускать из виду Эльфабу, которая уже растворилась в толпе. Неужели в театре должно произойти убийство? Или поджог, чтобы невинные любители искусства запеклись, как каштаны? Будет одна-единственная жертва, назначенная цель, или нужны хаос и катастрофа – чем хуже, тем лучше?

Он не знал, для чего именно остался. Чтобы предотвратить то, что собиралась сделать Эльфаба? Спасти хоть кого-то от беды? Помочь случайным пострадавшим, а может, просто стать свидетелем, чтобы узнать о ней больше? Или, по крайней мере, чётко понять, любит он её или нет?

Эльфаба бродила в толпе кругами, будто пытаясь кого-то выследить. Фиеро вдруг осознал – невероятно, но она, похоже, даже не знала, что он здесь. Она полностью сосредоточилась на поиске жертвы, а он, видимо, не годился на эту роль. Но как Эльфаба могла не чувствовать, что её возлюбленный здесь, на одной с ней площади, под открытым небом, в котором ветер колышет снежные завесы?

Из переулка между театром и соседней школой появилась фаланга штурмовиков. Они выстроились перед стеклянными дверями. Эльфаба поднялась по ступеням старого рынка шерсти, напоминавшего каменную беседку. Фиеро заметил: она что-то прятала под плащом. Взрывчатку? Какой-то магический инструмент?

Были ли на площади её сообщники? Ориентировались ли они друг на друга? По мере приближения часа оратории толпа становилась всё гуще. За стеклянными дверями служащие театра устанавливали стойки и натягивали бархатные канаты, чтобы обеспечить чинный проход в зал. Никто с таким упоением не толкался и не пихался в общественных местах, как богачи, – Фиеро хорошо это знал.