На два импульса - Амалия Мо Страница 146

— А у вас есть дети? – Лука мало говорил, в основном, отвечал на вопросы, но сейчас решил поинтересоваться именно этим.

— Нет. У нас пока нет детей, – ответил Калеб, подходя ближе и устраивая свою руку на моей пояснице.

«Пока»… как бы мне хотелось думать, что это временная сложность… Нет, о детях пока всё равно думать рано. Я ещё слишком молода для материнства, но сам факт…

— Собираемся? – спросил он, развеивая мои гнетущие мысли.

Я кивнула и, прежде чем уйти, ещё раз погладила Амель по голове и помахала Луке, который продолжал строить гараж. А Мика… Мика задержал взгляд чуть дольше, чем я ожидала, и вдруг выдохнул:

— А вы приедете ещё?

Голос предательски дрогнул от чего-то странного. Не тревога, не страх… что-то иное. Нежелание расставаться с ними… Ощущение правильности времени, проведённого с ними.

— Обязательно, – уверенно заявила я, ничуть не сомневаясь, что исполню обещание.

Уйти всё-таки пришлось. В коридоре нас поймала Донна, которая не прекращала сыпать благодарности за мою помощь, хваля меня перед Калебом, который даже не старался скрыть хитрый огонёк в глазах. Напоследок она добавила, что всегда рада видеть нас.

Салон заполнился мягкой тишиной, и я позволила себе откинуться на спинку, ещё чувствуя тепло маленьких ладошек Амель, серьёзный взгляд Мики и хмурые бровки Луки.

— Ты всё подстроил? – спросила я, повернувшись к Калебу.

Он бросил на меня взгляд, в котором читался очевидный ответ на вопрос.

— Не понимаю, о чём ты.

— Угу… конечно. – Я качнула головой, но губы тронула улыбка. – Спасибо. Мне действительно нужно было отвлечься. Я не заметила, как пролетело время.

Молча протянув руку, он взял мою ладонь, мягко сжал её и поднёс к губам, нежно целуя.

— Как всё прошло? – спросила я уже серьёзнее.

— Есть две новости. Хорошая и плохая.

Я поморщилась. От таких формулировок никогда не становилось легче. И хуже всего, что придётся выбирать, какой вариант услышать первым…

— Начни с плохой.

Ненадолго воцарилось молчание, будто он размышлял, как лучше преподнести мысль.

— Седрик откусил себе язык. ИКВИ больше ничего не смогут из него вытащить. Скорее всего, его закроют в камере до конца его дней.

У меня похолодели пальцы. Мысленно я представила, как это могло происходить… насколько он боялся, чтобы решиться на такое… или насколько был предан тому, кто стоит за всем этим. Боль, мерзость, бессилие – всё смешалось.

Я сглотнула, пытаясь справиться с подступившей тошнотой.

— А… хорошая?

— Верховные сняли с меня обвинения, – произнёс он, – но взамен ожидают полного сотрудничества. Особенно по поводу препарата. Теперь они хотят всё: формулы, документацию, ход экспериментов и права.

— Но ведь всё это пропало…

Калеб стукнул пальцем по своему виску, жестом показывая, что эта информация не хранилась на бумагах.

— Хорошо, – без эмоций проговорила я, рассматривая дорогу перед собой.

— Ты чем-то расстроена?

— Виновников так и не поймали… Ничего не закончилось…

Машина резко затормозила, свернув на обочину. Калеб протянул руку, чтобы повернуть моё лицо к себе.

— Посмотри на меня, Кая. Для нас всё закончилось, – чётко произнёс он, тоном, не оставляющим сомнений.

— Но Седрик… и остальные… – я хотела возразить, но он покачал головой.

— Это уже не наша война. Я помогу им ровно настолько, насколько нужно. Без фанатизма. Я не позволю, чтобы нас снова затянуло в этот водоворот. Ты слышишь?