Песнь Перна - Энн Маккефри Страница 146

— Масло! Их нужно срочно смазать маслом!

— Только без паники, дитя мое. Эту беду легко поправить.

Он потянулся длинной рукой к висящей у него над головой полке и, как показалось Менолли, наугад достал большую банку.

— Это снадобье я изготовляю для местных дам. Если тебя не смутит, что твои файры будут благоухать, как стайка красавиц…

Менолли покачала головой и с облегчением улыбнулась, вспомнив вонючий рыбий жир, который готовила для своих ящериц, когда жила в пещере у Драконовых камней. Мастер Олдайв окунул палец в мазь и, вопросительно глядя на девочку, поднес его к спинке Красотки. Менолли ободряюще кивнула, и лекарь принялся осторожно втирать снадобье в шелушащуюся шкурку. Маленькая королева настороженно выгнула спинку, но тут же замурлыкала от удовольствия и в знак благодарности потерлась головой о руку лекаря.

— Чуткая у тебя малышка, – заметил польщенный Олдайв.

— Что да, то да, – согласилась Менолли, печально вспоминая, как эта малышка набросилась на мастера Домека.

— А теперь посмотрим твои ноги. Гм, да ты их явно перетрудила, даже ступни опухли, – строго сказал лекарь. – Я настаиваю, чтобы ты находилась на ногах как можно меньше. Разве я в прошлый раз не ясно выразился?

Красотка сердито пискнула.

— Это она со мной соглашается или тебя защищает? – поинтересовался мастер Олдайв.

— Скорее всего, и то и другое, мой господин: вчера мне пришлось много стоять.

— Оно и видно, – уже более мягко сказал лекарь. – И все же постарайся беречь ноги. Большинство мастеров отнесется к этому с пониманием.

Вручив ей еще две банки и велев явиться завтра после обеда, Олдайв отпустил девочку.

Она шла и радовалась, что окна кабинета мастера выходят во двор, иначе он увидел бы, как она трусит к домику, где осталась ее свирель. Но другого выхода нет – ей велено явиться к мастеру Джеринту с инструментом. А испортить отношения с двумя мастерами за один день – нет, это, пожалуй, слишком…

Хоровая группа убирала главный двор: мальчишки мели, чистили, скребли – словом, выполняли всю тяжелую, нудную работу, от которой зависел порядок в Доме арфистов. Менолли чувствовала на себе их любопытные взгляды, но сделала вид, что ничего не замечает.

Дверь домика была полуоткрыта, из-за нее доносились громкие голоса.

— Ее приняли в ученики! – надрывалась Пона. – Талмор сам сказал мне, что она ученица! Ей нечего делать с нами: ведь мы-то не ученицы! Зато у нас есть свои звания, и мы должны их защищать. А для нас она чужая, пусть отправляется туда, где ей место… к ученикам! – В голосе Поны звенели злоба и зависть.

Менолли, дрожа, отпрянула от двери. Она прижалась к стене, желая провалиться сквозь землю или скрыться в Промежутке. Красотка вопросительно чирикнула и потерлась головкой о щеку Менолли. От ее свежесмазанной шкурки пахнуло приятным ароматом.

В одном Менолли была твердо уверена: ни за что на свете она не войдет в домик! Во всяком случае, сейчас. Но как явиться к мастеру Джеринту без свирели? Файры беспомощно вились вокруг – закрытые ставни не пускали их в комнату. Вот бы превратить их в одного большого дракона и унестись на нем в уютную пещерку у Драконьих камней! Там ее место, ее и больше ничье. Что ей делать здесь, в Доме арфистов, тем более – в этом доме? Хоть она и зовется ученицей, все равно мальчишки не примут ее в свою компанию, Ранли дал ей это ясно понять вчера за столом.