Право Хищника - Лина Миллер Страница 15

— Инстинкт. — Алекс сел на кровати, уже вполне бодрый. — Твоя природа рвётся наружу. Чем больше ты пользуешься силой, тем сильнее она становится.

— Это опасно? — Дара всё ещё смотрела на свою руку.

— Опасно для тех, кто захочет тебя использовать, — жёстко сказала Вера. — Теперь я понимаю, почему за тобой охотятся. С такой силой ты можешь либо спасать, либо... убивать.

Дара побледнела.

— Я не буду убивать.

— Ты не захочешь. Но если придётся защищаться — сможешь. — Вера встала, собирая окровавленные тряпки. — Ладно. Рана затянулась, спасибо тебе, девочка. Алекс, отдыхай. Дара, пойдём, я покажу тебе комнату.

— Она останется здесь, — спокойно сказал Алекс.

Вера замерла. Повернулась медленно, как тигрица перед прыжком.

— Прости?

— Она моя истинная. Она останется в моей комнате. В моей постели. Под моей защитой.

— Алекс, в доме полно свободных комнат...

— Мама.

Одно слово. Один тон. Вера посмотрела на сына, на Дару, вздохнула и покачала головой.

— Упрямый, как отец. Ладно. Твоя воля. Но если вы мне тут устроите... ну вы поняли, что... я лично шкуру спущу.

Она вышла, хлопнув дверью.

Дара стояла посреди комнаты, чувствуя, как горят щёки.

— Я хочу пойти в другую...

— Нет. — Алекс поднялся с кровати. Подошёл к ней. Близко. Очень близко. — Дара, посмотри на меня.

Она подняла глаза.

— Ты боишься меня?

— Нет, не знаю...

— Боишься того, что может случиться?

Она молчала. Потому что да. Боялась. Не его — себя. Того жара, что разгорался внутри каждый раз, когда он оказывался рядом.

— Я не трону тебя сегодня, — сказал он тихо. — Ты устала. Я ранен, пусть раны и затянулись. Нам обоим нужно прийти в себя. Но спать ты будешь здесь. Рядом со мной. Это не обсуждается.

— Почему?

— Потому что я не вынесу мысли, что ты где-то далеко и я не смогу защитить, если что-то случится. — Он взял её лицо в ладони. — Один раз я тебя уже потерял. На двадцать три года. Больше не потеряю.

У неё защипало глаза.

— Алекс...

— Тсс. — Он прижался губами к её лбу. Коротко, невесомо. — Иди умойся. В ванной есть всё. Я подожду.

Она кивнула и ушла, чувствуя, как внутри разливается тепло.

—

Когда она вернулась — в длинной футболке, которую нашла в шкафу, с влажными после душа волосами, пахнущая его гелем для душа, — Алекс лежал на кровати, подложив руку под голову. Смотрел на неё.

— Иди сюда.

Она забралась под одеяло. Ледяные ноги коснулись его горячей ноги, и она вздрогнула.

— Холодно?

— Немного.

Он придвинулся, обнял, прижимая к себе. Дара замерла, чувствуя каждую мышцу его тела, каждое движение грудной клетки при дыхании.

— Расслабься, — шепнул он ей в макушку. — Я сказал — не трону. Но согреть — могу.

Она выдохнула и прижалась щекой к его груди. Сердце билось ровно, сильно, успокаивающе.

— Алекс?

— М?

— Мне страшно.

— Я знаю.

— Не за себя. За тебя. За твоих людей. Если они вернутся...

— Вернутся. — Он погладил её по спине широкой ладонью. — И мы встретим их. Вместе.

— Я не умею драться.

— Ты умеешь исцелять. Это важнее.

— Но...

— Дара. — Он приподнял её лицо за подбородок. — Я альфа. За моей спиной сотни бойцов. За моей спиной вековые стены. За моей спиной мать, которая пережила три войны. А теперь за моей спиной ещё и ты. Мы справимся.

Она смотрела в его глаза и верила. Потому что не верить было невозможно.