Windows. Окна Большого города - Марина Белкина Страница 15

— Заманчиво, но нет. Не могу, у меня лекция по творчеству Тарковского, – бросила она через плечо, направляясь к душевой.

— А можно с тобой? – крикнул ей вслед Андрей.

— Не думаю! – расхохоталась Ева.

У Евы были светлые с рыжинкой волосы до плеч, зеленые глаза, вздернутый нос. Было лицо. Она нравилась людям. Как-то Ева шла мимо храма и поняла, что срочно должна зайти. Ева перекрестилась и нырнула в его гулкую тишину. Литургия уже кончилась, прихожане разошлись, уборщица в углу натирала полы. Святые строго смотрели с икон в золотых окладах, закрытые Царские врата возвышались в своей сусальной торжественности. Ева почувствовала себя ничтожной и невольно прикрыла руками грудь в слишком открытом платье на бретельках. И тут к ней подошла бабушка, сняла с себя ситцевую кофту в цветочек, очень простую и явно самодельную, и протянула:

— Возьми, дочка.

Ева поблагодарила, поставила свечи, постояла немного у иконы своей любимой святой, и попятилась к выходу. Сняла кофту и отыскала бабушку, чтобы вернуть. Та замахала руками.

— Возьми себе, это подарок.

Ева попыталась вернуть бабушке ее вещь, но та ни в какую не принимала. Она была очень просто одета – в ситцевом платьице, платке и стоптанных тапочках – и вот, смотри ж ты, так хотела одарить разодетую не к месту Еву.

После бассейна она поднялась в свою уютную однокомнатную квартирку, в которой по утрам гостило солнце. Ева не любила пользоваться лифтом – всего-то четвертый этаж. Пешком быстрее – бесплатный фитнес.

Дома Ева первым делом нашла в интернете латиноамериканский мотивчик, который крутился в голове все утро – ремикс на старинную мелодию «Рио Рита» – и поставила на максимум. Собралась, чтобы идти на работу.

Ева работала корреспондентом на кабельном телеканале, в программе о Москве. Бегала по съемкам, монтажам, ругалась с редактором по поводу текстов. Беспокойно, много работы, но и много новых встреч, впечатлений – интересно.

Она обувалась в прихожей, когда раздался звонок в дверь. На пороге стояла Кристина, ее двоюродная сестра, с сыном Мариком. К лицу крупной статной Кристины, словно маска, прилипло презрительно-обиженное выражение, из-за которого Ева всегда чувствовала себя с сестрой не в своей тарелке, как будто она ее чем-то обидела, но никак не может припомнить, чем именно. У Марика был синдром Дауна. Лишняя хромосома – у всех людей сорок шесть, а у Марика сорок семь. Синдром Дауна у детей сопровождается задержкой развития и сопутствующими заболеваниями. У Марика это был порок сердца.

До рождения Марика Кристина, которая приехала в Москву из Ефремова, получила образование и сделала головокружительную карьеру – она работала в маркетинговом отделе известной международной компании. Путешествовала, бывала за границей несколько раз в год, ходила по модным клубам-ресторанам. В одном из них и встретила будущего мужа Семена, москвича с квартирой в хорошем районе. Свадьба была в старинной усадьбе, выездная регистрация на открытом воздухе, вечеринка в стиле «Великого Гэтсби», ее любимого фильма с Лео. Кристина стояла под сенью высоких деревьев в меховой горжетке на плечах и обруче вокруг головы с горящим стразами пером, как у Дэйзи Бьюкенен, смотрела в высоченное сентябрьское небо, смотрела на слезы подруг – слезы зависти, в этом Кристина не сомневалась, – и думала: неужели это она, девчонка из Ефремова, в самом центре всего этого великолепия хлопает наращенными ресницами?