Армагеддон - Владимир Сухинин Страница 15

«Нужно приказать растопить камин», – подумал он, пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей, терзавших его разум.

И было отчего погрузиться в мрачные размышления. Все тщательно продуманные планы, выверенные им и его братом, рушились с пугающей скоростью. Армия вторжения в Снежные горы, которая должна была стать триумфальным завершением кампании, топталась на месте. Снежное княжество, некогда считавшееся легкой добычей, разделилось. Малые Дома восстали против Старших. Это был плод многолетней работы агентов Леса. И теперь там не было централизованного сопротивления и не было единого правителя. Казалось, что Снежное княжество само падет к ногам Великого, но половина княжества осталась непокоренной. Кирсан, его брат и правая рука, требовал от войск Леса остаться на месте, теряя драгоценное время.

Великий князь получил два письма. Первое – от главного друида, умолявшего вернуть Кирсана домой. Второе – от командующего Восточным корпусом, также призывавшего к возвращению. Оба письма были тревожными. В них говорилось, что Кирсан ведет себя странно, на него началась охота неведомых сил, которые убивают его окружение, но самого его только пугают. Зная трусость брата, великий князь понимал, что тот охвачен страхом. Но забрать Кирсана из армии сейчас означало бы подорвать свою власть. Это стало бы большой политической ошибкой, которая послужила бы сигналом для скрытых врагов, давно точивших зубы на трон.

Слабость – участь, недостойная правителя. Нет, нужно найти подходящий повод, чтобы отозвать брата, и это должно быть что-то более важное, чем война в Снежных горах. Защита родины всегда более главная задача. А вот и повод. На западных рубежах Леса стояли две стаи молодых волков. Они не уходили, но, насытившись добычей, чего-то ждали. Чего? Ясно, что приказа атаковать. Орки, никогда не добивавшиеся такого успеха, проникли глубоко в Лесное княжество, разорили несколько городов и ушли, унося с собой богатую добычу и пленников. Это ему тоже припомнят. Орки, вторгшиеся в Лигирийскую империю, отступили к южным границам, угрожая Лесу с северо-запада. На южных границах Вечного леса собирались войска Свидетелей Худжгарха. Лес был окружен орками, и это не случайность. Кто-то искусно плел паутину вокруг него, атакуя даже семью Великого через брата. Кто это мог быть и чего он добивался?

Король Вангора? Смешно. Меехир едва оправился от страха поражения со стороны империи. Ему не до этого. Кто-то из снежных эльфаров? Но там нет таких. Единственный, кто мог бы это осуществить, – император. Но и его терзали враждебные силы. С Островов прибыли некросы и черные воины. Оставался лишь один реальный кандидат. Это был враг Леса. Герцог Вангора, принц степи и лорд Высокого Хребта. Таинственный и, похоже, могущественный юнец, который не боялся мести Леса и бросил ему дерзкий вызов. Любимец богов и сокрушающий меч провидения, как шептали ему друиды. Он находился под покровительством Высоких. Говорили, что он друг Свидетелей Худжгарха… Если поставить в центр событий этого нехейца, все становилось на свои места. Он сумел пленить один из корпусов Леса, разоружил их, но отпустил, лишь арестовав командующего. Кому из ныне живущих было под силу такое? Пожаловаться на него Меехиру? Герцог ответит, что он лорд Высокого Хребта и имеет право защищать свою страну, тем более что Вангор был в союзе со Снежным княжеством. Он оставил в живых лесных эльфаров, ведь он был подданным Вангора, а Вангор – союзником Леса. Придраться было невозможно. Он имел трех невест: орчанку, одну из жриц с западного полушария, где правила богиня Беота, а теперь взял в жены лесную эльфарку, требуя согласия на брак. Казалось, боги его баловали. С таким опасно портить отношения, но и оставить его дерзость без наказания было нельзя. Это сочли бы за слабость и свергли бы с престола. Такое уже бывало. Нужно было что-то решать с ним, но сейчас важнее было защитить западные границы Леса.