Ртуть - Калли Харт Страница 150

Впрочем, спальню искать не пришлось. Не успела я сделать несколько шагов от дверного портала, как навстречу из-за угла выскочил Рэнфис в темно-красной рубахе и в коричневых штанах из потертой кожи. С ног до головы он был покрыт грязью, на щеке алела глубокая рваная царапина, сочившаяся кровью. Волосы у него были мокрыми от пота, а под глазами залегли тени. Выглядел генерал совершенно измотанным. При виде меня он расплылся в улыбке и, приближаясь, вытер грязные руки о перекинутое через плечо полотенце.

— Решил тебя навестить, посмотреть, как ты тут одна справляешься, – радостно сообщил он. – Говорят, тебе поручили нелегкую задачку.

— Невыполнимую, – поправила я, мрачно нахмурившись. – Я провела всего четыре эксперимента и уже без сил. А с тобой что стряслось?

— О, всего лишь поучаствовал в паре боев на перевале. В такие сумрачные дни, когда тучи сходятся над Калишем и снег идет не переставая, всегда жди атаки. В этот раз нападавшие превосходили нас числом, но мы не потеряли ни единого бойца и уложили три десятка врагов.

— Тогда… тебя можно поздравить? – Странно было поздравлять того, кто забрал так много жизней, даже если это были жизни тех, с кем вели войну ивелийские фейри.

Рэн заметил неуверенные нотки в моем голосе и коротко рассмеялся:

— Можно, спасибо. Поверь мне, убив тридцать вражеских воинов, мы спасли тем самым несколько сотен невинных жизней. Если бы враги прорвались через перевал, они устроили бы резню в селениях на нашей стороне границы. Это было бы не здо́рово.

— Ладно, верю тебе на слово, – кивнула я.

— Да ну? – Рэн потер грязные пальцы полотенцем, внимательно поглядывая на меня. – А если я еще кое-что скажу, поверишь?

Оникс теперь кружил у ног генерала и пару раз подскочил, ткнув его лапами, чтобы привлечь внимание. Рэн наклонился и рассеянно потрепал лиса по голове, ожидая от меня ответа.

— Не знаю, – сказала я наконец. – Зависит от того, что ты скажешь.

Генерал вздохнул:

— Что ж, резонно. Короче, я хочу тебе сказать, что вчера мне пришлось начистить Фишеру рыло из-за того, что он связал тебя кровным зароком. И еще я объяснил ему, что заслужить мое прощение он сможет, только если познакомится с тобой поближе и узнает тебя получше.

Я чуть было не отпрянула, но заставила себя устоять на месте.

— Это еще зачем, Рэн?

— Кингфишер порой мыслит слишком прямолинейно – делит все на черное и белое, не придавая значения серым тонам. И за время отсутствия в Ивелии такой способ мышления, похоже, стал для него основным. Вероятно, ему приходится фокусировать внимание на каких-то четких образах и однозначных понятиях, иначе картина мира, искаженная ртутью, размывается. Сейчас ты для него не более чем инструмент, с помощью которого он хочет сделать жизнь лучше для всех нас. Но если какой-нибудь инструмент слишком жестко испытывать на прочность, он сломается. А никто из нас не может позволить Фишеру сломать такой инструмент, как ты, Сейрис, прости уж за это сравнение. Поэтому Фишер должен увидеть в тебе личность. Должен понять, что ты не только орудие, которое даст нам возможность покончить с войной. И единственный способ ему это объяснить – познакомить вас поближе.

Мне почему-то очень не понравилось, как это прозвучало.

— Ага-а-а…

— Я сказал ему, что вам нужно устроить совместный ужин сегодня вечером.