Павший - Анна Щучкина Страница 151

Папа сказал: «Не бойся, я рядом» – и закрыл меня от пламени.

Когда я выбралась, рядом лежал только его меч.

Я взяла его, хотя он был горячий.

Теперь я ношу его, чтобы он не замерз.

Записка из архива сиротского приюта

В Арридтском море, на борту «Каракатицы»

946 год правления Астраэля Фуркаго

Мы взлетели на рассвете. Я – на спине Кисы, моего дракона. Воздух жег холодом, море шептало молитвы. Это был не обычный вылет. Последний, возможно. Последний, пока я не заберу ее.

Я коснулся шеи дракона – коротко, почти незаметно. В этом жесте – все, что между нами: годы, битвы, молчаливое доверие. Его пульс бил под ладонью ровно и сильно. Он знал, зачем мы летим.

Стая выстроилась клином. Ни слова. Только связь – тепло крыла, легкое касание, дыхание в унисон. Мы не говорим. Мы чувствуем. Так надежнее.

Один молодой дракон рванулся вперед – хотел славы. Киса мягко вернул его в строй. Подвиг – не в том, чтобы вырваться вперед, а в том, чтобы не дать строю рассыпаться, когда мир рушится.

Под ребрами заныла рана от стрелы. Я не стал сопротивляться этому ощущению. Киса окутал меня теплом стаи – и боль отступила.

«Хватит», – подумал я.

Он понял. Мы выровнялись, поднялись туда, где ветер резал кожу. Проверили слои, нащупали завтрашнюю погоду. До полудня – тишь. Потом – шторм. Вернулись в теплый воздух. Там легче дышать. Там можно думать.

Внизу мелькнули спины больших вкусных рыб. Один юный дракон склонил голову к волнам. Я молча посмотрел на него. Он вернулся на место. Старшие подтолкнули юнца шутливо: урок усвоен.

Мы спустились еще ниже, брызги ударили в лицо, и я подумал об Анисе.

Не просто подумал – увидел ее как наяву. Ее дрожь. Ее шепот. Тепло ее дыхания. То, что никто никогда не отнимет у меня, не выменяет на титул и трон.

— Аниса, – прошептал я в ментальную связь. – Я за тобой приду.

Стая ответила молчанием, только крылья разом взяли больший размах. Киса прижался гребнем к моей руке, принимая эту клятву.

Воздух вдруг провалился. Мы рванулись вниз. Я не дернулся, Киса не запаниковал. Он мягко посадил нас на новый слой – как мать укладывает ребенка. Старшие подхватили с боков. Падение стало маневром. Один я бы разбился. Со стаей – даже не испугался.

Солнце вышло. Волны вспыхнули. Мы пролетели над «Каракатицей» – нашим флагманом. Носовая фигура будто кивнула. С других кораблей мигали паруса – сигналы надежды. Люди смотрят на нас не как на чудо. Как на последний шанс.

С берега доносился ритм барабанов. Два удара. Пауза. Два удара. Сердце войны. Я не стал смотреть туда. Достаточно знать – нас ждут.

Осмотрел стаю. Правый фланг – тяжелый. Переведу в теплый слой. У одного дракона надломлен рог – пускай отдохнет на якоре. У старика разорвана перепонка, понадобится мазь и сон. Каждому – по нужде.