Тень короля - Мелисса Ландерс Страница 167

— Моя госпожа, – сказал Коул, – умоляю… Вы отпустите меня, если я покаюсь вам в своих преступлениях?

Она бы и так его отпустила, но после этих слов ей стало любопытно, что же он такого сделал.

— Да, обещаю.

— Я совершил государственную измену, моя госпожа, – торопливо заговорил он, бросая взгляд на коридор, будто боясь, что вернется отец Падрон. – Государственную измену и убийство.

Ей сложно было в это поверить. Под пытками люди могут признаться в чем угодно. Но она велела ему продолжать, одновременно прикидывая в уме, как спустить его на землю, не причинив вреда.

— Я был любовником королевы, – говорил Коул, – это ни для кого не тайна. Но я давал ей травы – ведьмину траву, чтобы она не могла зачать другого ребенка с королем. Годами это продолжалось, но однажды она застала меня за тем, как я подливал настой ей в вино. Королева пришла в ярость. Она приказала мне покинуть дворец с первым лучом солнца. Но я боялся, что она расскажет королю о том, что я сделал, и отравил их обоих.

Сериз застыла.

— Родители его величества… Это ваших рук дело?

— Да, – признался Коул. – Еще я пытался убить его величество. И не раз.

Коул продолжал, описывая предрассветные нападения – пустынную пантеру, пожар с сон-травой, – и Сериз больше не сомневалась в его признаниях. Но она не понимала причин. Похоже, Коулом двигали не самосохранение, не деньги, не месть. Он просто хотел положить конец королевскому роду.

— Но зачем? – спросила она.

— Потому что жрецы сами этого сделать не могут.

— То есть кто-то принудил вас убить короля?

Взгляд Коула вновь метнулся к коридору.

— Нет, жрецы не могут никого принудить причинить вред королю. Но у меня был уговор с отцом Падроном.

— И какой же уговор?

— Если я помогу Ордену захватить трон, уничтожив род Мортара, Орден даст мне больше земель.

— Больше земель? – повторила она, качая головой, не в силах поверить. – Вы хотите сказать, что рисковали быть приговоренным к смерти, предали своего короля и королевство и убивали людей ради земель?

— Нет, вы не понимаете, – сказал он. – Упадок Мортара длится уже много лет. И виновен в этом не я. Ордену суждено получить трон. Это лишь вопрос времени, и, когда это время придет, я лучше буду у них в милости, чем стану новой целью. Вы знаете, что они будут делать, – он глянул на мертвую женщину. – И знаете, что они уже сделали. У меня был выбор – стать Падрону союзником или врагом.

— И посмотрите, куда вас этот выбор завел, – напомнила она. – Ваш союзник не хочет, чтобы вы каялись. Ему плевать на вашу душу. Он хотел лишь использовать вас, а потом похоронить все ваши тайны вместе с вами.

— Я ошибался, простите меня, – вскричал Коул. – Я отвечу за свои преступления, клянусь, но не так. Умоляю, не так.

— А что насчет старой посланницы? – спросила она. – Ее вы тоже убили?

— Нет, клянусь, – сказал Коул, – она сама приняла яд.

Теперь Сериз особенно сильно в этом сомневалась. Мать Страут собрала столько сведений, и только собственная хитрость позволила ей спрятать собранное. Возможно, в ходе ее изысканий кто-то услышал, что она задает неудобные вопросы. Ее могли отравить люди отца Падрона. Может, и сам отец Падрон. Он мог принудить ее выпить яд так же, как принуждал Сериз пить воду, когда ей нездоровилось.

— Моя госпожа, смилуйтесь, – сказал Коул.