Девушки с тёмными судьбами - И.В. Вудс Страница 168

Эмберлин потянула ее за собой и покрутилась на месте в поисках просвета, любой щели в возвышающейся стене грохочущего пламени.

— Там! – крикнула Алейда, указывая на место, куда пламя еще не добралось. Прямо у края сцены, за которой мерцал призрачный образ зрительного зала. Только Эмберлин и Алейда шагнули к сужающемуся просвету, как над их головами раздался еще один оглушительный треск. Доски, мешки с песком и заброшенные декорации рухнули вниз.

Хрупкий деревянный пол задрожал от упавшей на него тяжести, а сцена под ногами заскрипела. Наконец, не выдержали и стропила.

— Вперед! – закричала Эмберлин.

Она потащила Алейду к закрывающемуся проему в стене огня. Они вместе выпрыгнули в безопасное место как раз в тот момент, когда сцена в последний раз содрогнулась и обрушилась, увлекая за собой Малкольма и Этьена, издавшего гортанный рев.

Эмберлин приземлилась в проходе, на мгновение споткнувшись. Из ее горла вырвался крик, когда она услышала очередной крик ее теневого юноши. Но Алейда крепко схватила ее и снова поставила на ноги. Огонь и жар бушевали вокруг, а весь зрительный зал, казалось, сотрясался и дрожал. Пламя поднималось все выше и выше, словно преисполнившись уверенностью в себе. Завитки дыма тянулись к потолку, пока Алейда и Эмберлин, пошатываясь, пробирались по проходу к выходу и уворачивались от кусков каменной кладки, которые разбивались вокруг них, словно сброшенные бомбы.

Что-то щелкнуло у них над головами, и этот звук эхом разнесся по залу.

— Осторожно! – закричала Эмберлин.

Она бросилась к Алейде, и они обе, кувыркаясь, полетели на ряды кресел как раз вовремя – огромная люстра сорвалась с петель. Эмберлин успела лишь мельком увидеть тысячи бусин и кристаллов, низвергающихся бурным водопадом, прежде чем закатилась под одно из сидений. Она быстро прикрыла голову руками.

Люстра упала в зрительный зал с таким грохотом, будто на полной скорости столкнулись два поезда. Подземный толчок сотряс пол под Эмберлин, и на их головы свирепым дождем обрушились брызги сверкающего стекла. По театру пронесся предательский рев нового очага, и языки пламени лизнули кресла.

Наконец, Эмберлин поднялась на колени. Каркас чего-то столь величественного теперь купался в хаосе огня, а жемчужины и кристаллы разбиты вдребезги.

Эмберлин с трудом встала на ноги и схватила Алейду за руку.

— Давай же! – выдохнула она.

Она рывком подняла Алейду и, пошатываясь, потащила ее по проходу, направляясь к выходу. Легкие грозили вот-вот лопнуть, а театр перед глазами Эмберлин расплывался. Все внутри нее умоляло ее лечь. Наконец-то отдохнуть, позволить огню поглотить ее. Но она отказывалась.

Они бежали сквозь огонь, взявшись за руки.

Фауст и Мефистофель прорвались через двери, спасаясь от рассвирепевшего ада, который стремился поглотить их обоих. В коридорах, по которым они пробирались, висел густой дым. Он рассеялся, только когда они добрались до фойе, где были распахнуты двойные парадные двери, ведущие на улицу.

Держась за руки, Эмберлин и Алейда выскочили в пронизывающий ночь снегопад.

Глава XXXV. Занавес опускается

Со всех сторон звучали их имена, когда Эмберлин и Алейда вывалились в двери, преследуемые клубами дыма. Их тела были измождены, но они не сдавались, пока не пересекли навес театра, поддерживаемый мраморными колоннами, и не спустились, спотыкаясь, по парадным ступеням.