Игла из серебра - Яна Лехчина Страница 169

Ниже начинала расти волчья шерсть. Вместо конечностей – всё ещё лапы, но по груди и животу тянулись восковые отметины: похоже, так чародеи Двора Лиц помечали, где сделать следующий надрез.

— Могу чем-то помочь, панна?

Уршула обернулась, и Мореника, выскользнув из-за её спины, подпёрла стену бедром. Она была одета в простую холщовую одежду, испачканную следами чар. На поясе – сумка с инструментами: палочки, ножички, кисточки…

— Пан Авро… – начала Уршула.

— Пан Авро, – отрезала Мореника, – никого не принимает. Его сил хватает только на то, чтобы хлопотать над Беривоем.

Она скрестила руки на груди.

— Ещё вопросы?

Уршула не надеялась, что на самом деле добьётся встречи с Авро: по слухам, он слёг сразу после событий в Тержвице и давно не покидал этот терем. Но принял записи брата Лазара, в котором тот описывал создание чудовища, – и вместе с учениками начал расколдовывать Беривоя.

Говорят, эти записи передала ему Ольжана, но подчеркнула, что остальные книги брата Лазара принадлежат ей, – госпожа Кажимера не стала с ней спорить. На взгляд Уршулы, это было слишком уж громкое заявление, но госпоже Кажимере было чем заняться и без жадных Йоваровых учениц.

Уршула глянула внутрь комнаты.

— Он выживет?

Мореника пожала плечами.

— Ты не первая, кто это спрашивает. Посыльные от господаря Нельги вообще зачастили… Слушай: этот человек был заколдован полгода, потом рухнул с высоченной колокольни и неизвестно сколько провёл под водой, пока его не вытащили утопленники. Мы не знаем, в каком состоянии его тело под звериной шкурой. Не знаем, цел ли его разум, – с этим уже разберётесь вы, – но мы делаем всё возможное и были бы крайне благодарны, если бы нам не мешали.

— Хорошо, – согласилась Уршула.

Но не удержалась и заглянула снова. Человек, фигуры которого она не видела, вытянул лапу Беривоя и провёл по ней заворожённым ножом. Мех разошёлся, и сквозь него показалась кожа плеча. Тут же к разрезу потянулись другие руки: с иглами, тонкими палочками, зажимами…

Мореника откашлялась.

— В таком случае, – сказала она, – я возвращаюсь к работе.

Прошла прямо перед Уршулой и красноречиво прикрыла за собой двери.

Делать было нечего. Уршула ушла.

Погода стояла чудесная – солнечная, сухая. Пахло тёплым деревом и цветами из господарских садов. Но на рабочем дворе, как всегда, царила суета: дым из поварен, лай от псарни, гвалт людских голосов. Мальчишка с тележкой едва не сбил Уршулу, и она, не желая больше это терпеть, завернула за угол ближайшей служилой избы. Проверила, не следят ли, – и оборотилась.

Так что к хоромам госпожи Кажимеры она прилетела уже орлицей.

Уршула давно не видела госпожу. Та вернулась в Стоегост ночью и пока к себе не звала, – только передала просьбу разузнать, как поживает пан Авро, – и Уршула воспользовалась первой же возможностью наведаться к ней.

Эти две суматошные недели, которые прошли с убийства Йовара, госпожа провела как угодно, только не сидя в своих хоромах. Большей частью она перемещалась между Тержвице и той башней во владениях Грацека, куда заключили брата Лазара. Уршула не знала, чья это была затея, но Грацек отнёсся к ней с огромным восторгом. Он заковал брата Лазара в железные цепи и оставил его под своим надзором, – может, он и не мог вернуть Баргата, но явно вознамерился отплатить его убийце.