Пять ударов в минуту - Амалия Мо Страница 17

— В смысле «что мне от него нужно»… — пробормотала я, боясь, что упустила в его вопросе какой-то смысл.

— Давай перефразирую, раз ты такая тупая, и не понимаешь. Что первокровной нужно от обычного человека?

— Мы… просто друзья…

Кронвейн хищно улыбнулся, отчего я сжалась на пассажирском кресле.

— Парень влюблён в тебя по уши, а ты говоришь, что вы друзья?

Я едва не захлебнулась от возмущения. Хотелось поправить Габриэля и сказать, что у меня с Майлзом нет никаких отношений, а всё, что есть — это попытка привлечь его внимание.

— Чего ты добиваешься, Лидия? Он под внушением, и ты ждёшь момента, чтобы впиться в него?

Обжигающая боль накрыла мгновенно. Он даже не поднял голос, не вложил в эту фразу ярости — просто констатировал, как факт, как нечто очевидное. Будто и правда видел во мне лишь существо, которое ищет, на ком бы сорвать голод, а не девушку, которая… просто хотела быть рядом с ним.

— Я бы так никогда не сделала, — промямлила я, но поняла, что должна сказать это увереннее.

— Само собой, — с сарказмом ответил Габриэль.

— Майлз — хороший человек, — тихо сказала я, сжав руки между коленей. — Он мне дорог, и я не причиню ему вреда.

На долю секунды мне показалось, что он напрягся, но Габриэль быстро вернул себе ледяную, непроницаемую маску.

— Если он тебе дорог, — произнёс он ровно. — Держись от него подальше. Первокровные не дружат с людьми.

Тогда я буду держаться подальше и от тебя, болван! Я ввязалась во всё это из-за тебя, Габриэль Кронвейн! И будь ты хоть немного мягче со мной, увидел бы, какими я смотрю на тебя глазами…

Возможно, будь я чуточку смелее… Смогла бы сказать ему это в лицо. Возможно, тогда я бы не тянула всю эту боль, и та пустота, которую я так долго хранила, просто растворилась бы.

Лучше, если бы Габриэль просто послал меня куда подальше в нужное время. Страдания от неразделённой любви рано или поздно прошли бы.

Но я не набралась смелости, чтобы вывалить свои чувства.

В тот вечер он просто отвёз меня к Майлзу и уехал, не поинтересовавшись, как я доберусь обратно. Наверное, Габриэль думал, что раз я — первокровная, то смогу легко справиться с любым, кто захочет пристать…

Медсестра разрешила мне навестить своего «парня» и проводила в палату.

— Лидия?!

Майлз сидел на койке, опираясь на подушки, но вид у него был бодрый, насколько это вообще возможно в больничной палате. На правой ноге возвышалась громоздкая конструкция гипса, захватывающая голень почти до колена.

— Привет.

На моём лице не было радости, и Майлз сразу нахмурился.

— В чём дело?

— Габриэль довёз меня, мы поговорили…

— Что он сказал? — спросил Майлз, пытаясь держать голос ровным.

— Ничего важного, — ответила я, хотя внутри ещё пульсировали его слова. — Просто… он был груб, как всегда.

То, что Габриэль велел держаться подальше от друга из-за того, что я — первокровная, не та информация, которую стоило говорить вслух.

Майлз коротко выдохнул, будто ему вдруг стало больно, но всё-таки позволил себе лёгкую улыбку.

— Иди сюда, — похлопав по матрасу, он слегка подвинул корпус. — Может, настало время забыть этого идиота?

Я осторожно присела на край, боясь, что могу потревожить больную ногу.

— Думаю, хватит пытаться, — кивнула я, и Майлз неожиданно поднял руку, чтобы убрать прядь с моего лица. — Спасибо, что помогал, но больше не надо притворяться.