Сезон штормов - Теа (Тея) Гуанзон Страница 171

Глава тридцать пятая

Пока группы бойцов рассыпались по бальному залу, десяток их соратников плотным строем прочесывал зону отдыха, держа мушкеты наготове.

Охваченный паникой человек выскочил из-за одного из перевернутых столиков и метнулся к выходу. Кто-то из террористов рефлекторно нажал на курок, и лиловый разряд магии пустоты на миг выхватил из тьмы силуэт в рогатой козлиной маске. Потом бегущий рухнул на пол.

Скорчившаяся в укрытии Таласин зажала ладонью рот, проглотив крик.

— Кретин! – прорычал кто-то. – Ты только что убил раджана Вемпука!

Слова были произнесены на языке Доминиона. Таласин, конечно, понимала, что нападающие должны были быть ненаварцами – учитывая пустотные мушкеты, клетки с сариманами и то, что драконы не поднялись из моря, – но от подтверждения догадки внутри у нее все сжалось. А теперь Вемпук мертв, и нет времени горевать. Люди, убившие его, подходили все ближе к тому месту, где прятались они с Алариком.

Но кто-то все-таки закричал. Закричал на другом конце бального зала. Сквозь царящий вокруг шум пробивались надрывные вопли «Нет!» и «Амья!», перемежающиеся бессловесными рыданиями.

Орьял. Она видела, как погиб ее отец.

— Сейчас, – бросил Аларик.

Круглый стол был достаточно мал, чтобы его можно было нести, приложив некоторые усилия, и достаточно велик, чтобы обеспечить хоть какое-то прикрытие. Аларик подхватил его, и они с Таласин, выставив перед собой столешницу, побежали на неприятеля. Таласин при этом выпускала один пустотный заряд за другим. Стол служил им одновременно щитом и тараном. Врезавшись в середину вражеского строя, он разбросал бойцов в разные стороны.

Аларику с Таласин удалось опрокинуть нескольких нападавших, но остальные сплотились, и вскоре стол разлетелся в щепки под градом арбалетных стрел, не оставив паре иного выхода, кроме как разделиться. Таласин понимала, что у них нет шансов на победу; эфиромантии они лишились и пребывали в явном меньшинстве. Но Аларик был яростен и непокорен, как тигр в клетке, и это вдохновляло на новые свершения. Таласин укрывалась за колоннами, ныряла под упавшие люстры, а когда эфирные сердечники в мушкете закончились, не стесняясь, пустила в ход кулаки, локти и зубы. Она шла, оставляя за собой след из лежащих тел, но вскоре двум нападающим удалось обойти ее с флангов. Когда они открыли огонь, Таласин упала на пол, и один из бойцов пал жертвой выстрела своего же товарища. Не теряя времени, Таласин схватила другого за ноги. Какое-то время они боролись на мраморных плитках, но противник вскочил на ноги первым, прицелился…