Триединое Королевство - Anne Dar Страница 174

Глава 41

Диандра Рокс

Ноябрь. Третья Ночь Розалии близится. Теперь я, как и другие, чувствую её приближение на энергетическом уровне: чем серее становится день, чем заметнее ухудшается погода, тем скорее наступит следующая непроницаемая для моего сознания ночь. Откровенно говоря, я и боюсь, и жду её, и одновременно не могу объяснить, чем вызвана как бессознательная боязнь, так и совершенно необъяснимое, томительное ожидание…

У Борея и Кайи дела обстоят более спокойно. Аурелия вертится вокруг Борея словно заводной волчок или же как Луна, привязанная к Земле. Борей, в свою очередь, всё ещё не спешит отдать огненноволосой веселушке своё замурованное от страстей сердце, однако он же и ласков с ней, и даже заботлив: я видела, как он подавал ей руку, когда она решила спрыгнуть вслед за ним в сад – подавать руку ловкому Металлу, надо же! У Кайи свои методы развлечений: она ударилась в вышивание на пяльцах – скукотища, по моему мнению, однако искусство в её ловких пальцах, – и продолжает укреплять свою дружбу с Тофой, Персефоной, Аурелией, а также детьми Джумарейо. Одиннадцатилетний Банджи недавно отжёг шутку, заявив, что женится на Кайе, когда дорастёт до возраста жениха. Кайя в ответ громко смеялась, но в её смехе я расслышала и печаль: в неё впервые якобывлюбился человек, но не мужчина, а всего лишь мальчишка… Она одинока и мечтает о любви, я знаю об этой тайне её сердца, но, увы, даже среди местных Металлов никто для неё не нашёлся.

Отталия и Сольвейг совсем недавно устроили что-то страшное: после их выходки на этаже слуг долго оттирали каменные стены и полы от человеческой крови. То ли Отталия недоглядела Сольвейг, то ли она же и явилась причиной расшатавшегося психологического состояния девчонки, но факт остаётся фактом: дюжина слуг пали жертвами клыков Цинка.

Джодок надолго удалился за пределы купола. Рагнхильд взболтнула, будто у него там едва ли не целый бордель любовниц среди смертных женщин.

Проктор сблизился с Бореем, но при этом старается держать дистанцию со мной. Борей говорит, что Гадолиний “свой”, но что это значит – в упор не объясняет. Подозреваю, это может быть важным в нашем стремлении вырваться из плена.

Тиберий Шакролин будто избегает меня. Впрочем, Ванадий избегает всех, за исключением Йорун и Реи…

Рея разъяснила мне подробности негласного пункта Устава Вампиресок, согласно которому обращать смертных людей в Металлов разрешено только Багтасару. Как я и думала, все Металлы обладают возможностью обращать людей в себе подобных, однако хаотичное обращение в Триедином Королевстве запрещено, чтобы “не влиять на психологический климат под куполом”. В конце концов, металлическая жизнь может быть бесконечной, а значит, надоедливой для прочих Металлов, так что к обращениям здесь относятся с крайней серьёзностью – каждый новый член сообщества должен быть утверждён лично Королём. Также выяснилось, что среди Вампиресок есть одно исключение, не способное обращать людей в Металлов “стандартным” образом, и этим исключением является Рея Рений. Её дар, пожалуй, самый страшный из всех, что мне до сих пор встречались – страшнее даже, чем дар Багтасара. Она способна лишать Металлов их металлической сути, то есть… Обращать бессмертных Металлов в смертных людей. Потому она не может обращать людей в Металлов, пронизывая их сердца своей рукой – все попытки-”эксперименты” были тщетны, – но может следующее: передавать отнятую ею металлическую суть Металла человеку. Формула выглядит так: скольких Металлов она лишила металлической сути, то есть обратила в людей, стольких людей она и может обратить в Металлов, причём без пронзания сердца… Подробностями своего дара – как он работает и как в целом происходит весь процесс, – Рений не поделилась, упомянула лишь, что необходим физический контакт, так что… Я не только поняла, почему все Металлы, даже из близкого ей круга, держатся от неё подальше, но и сама перестала искать встречи с ней. Если мы пересекаемся – общаемся свободно, без задних мыслей. Но намеренно искать её – приходить в библиотеку, зная, что она там – я перестала. И вдруг поняла: я очень ценю свою металлическую жизнь. Прежде она казалась мне бесконечной, но, попав сюда, я узнала о том, что её можно и прервать, и отнять – это смутило меня… И всё же, я рада, что я живу не в неведении.