Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт Страница 179

— Милостивая государыня, я на фельдкурьерской службе уже шестнадцать лет и ни разу не ошибался. Вот третьего дня рядовому пакет привозил. Так он тоже говорил, что ошибка, что он, дескать, коллежский советник. Ан нет! Оказалось, я прав. В рядовые его разжаловали и в полк сослали. – Унтер подсунул солидного вида шнурованную книгу. – Извольте расписаться, здесь и здесь. За конверт и почтовый мешок. После полудня приеду, сделайте милость, извольте сумочку к тому часу освободить.

Пока мама расписывалась, находясь в сомнамбулическом состоянии, папа достал две монеты по талеру, фельдкурьер – это тебе не канцелярист, пятак грошей ему давать просто стыдно, и предложил:

— Не хотите освежиться с дороги? Чаю, кофе или, конечно, чего покрепче?

— Не положено, – отказался унтер-офицер, но, углядев два талера, сменил гнев на милость, – впрочем, чаю можно. Покрепче. Чуток согреюсь.

Он выложил брезентовый мешок с сургучной печатью и изящный зелёный конверт, а на столе появилось несколько графинов из буфета, стопки, тарелки и прочие закуски. Большая чашка чая тоже, но к ней суровый воин не притронулся. Крякнув и изящно зажевав выпитое, начал делиться мудростью:

— Конверт в департамент отвёз. Оттудова оне вам сами о повышении скажут. Их королевское высочество приказал. – Ещё раз крякнул и закусил. – Но вашему высокоблагородию лучше к открытию присутствия быть и подождать, пока скажут. Оне это любят. Как орден вручат и об новом чине скажут, лучше сразу смените мундир. Оне деловитых ценят. Я по пути к Евграфию заеду и его к вам пошлю. Он, подлец, дорого берёт, но к утру парадный мундир построит, а к вечеру и виц-мундир сделает. У него всё готовое есть, только подогнать по фигуре. Наши, которые господа, все у него одеваются. Башмаки и остальное тоже сделает, коли надо. Что ещё? – Крякает, но не закусывает. – Упаси боги голубые камешки вашей жене надеть. Другой двор это. Оне не любят синее, только зелёные и брильянты должно носить. Ну, родовую печатку можно, конечно.

Обалдевший больше жены муж лишь и смог спросить у уходящего знатока:

— Куда жену?

— Во дворец. Жена его королевского высочества, сама королевская высочества маму спасителя мужа осмотреть хочет. Всё пишуть в письме. Ликёр больно у вас хорош. Сейчас портного Евграфия пригоню, он и платье доведёт. Потому что вы хорошие люди, ваши высокоблагородия, нижних чинов цените, как сказывают, и сыночек ваш тоже.

— Ко двору представят, – не курьеру, а куда-то в воздух сказала женщина.

Но тот принял эти слова на свой счёт:

— Слыхал от наших, оне в статс-дамы про вас сильно думают. Дитёнки народились, а защитить верные нужны, а где их взять-то? Токмо из тех, кто верного воспитал. – На сей высокой ноте дверь захлопнулась.

Супруги с опаской смотрели на доставленное, но жена решительно взялась за нож и срезала печать с сумки. В свёртке, который она достала, лежало женское парадное мундирное платье дорогого темно-зелёного сукна, с пышной юбкой и изумрудным подбором. Украшало мундир золотное шитье по низу юбки, воротнику и обшлагам.

В конверте лежало напечатанное чернилами цвета морской волны приглашение на завтра в Зелёный дворец. Скромное такое, почти семейное мероприятие – завтрак с её королевским высочеством принцессой Марианой. И в конце стояла размашистая личная подпись. Ничего особенного, что, завтраков народ не едал? Только у женщины текли слезы, и она непрерывно твердила: