Мой темный палач. Печати Бездны - Любовь Черникова Страница 18

Гелиос, Фосфор, Стильпон, Альбедо, Гладолед, Гидроген, Маггемит — каждый из символов был тесно связан с конкретным органом тела и одновременно с Эфиром. Интересно! И вполне логично. Именно в этих органах и находились магические узлы, позволяющие драконам менять форму в Эфире.

Я так увлеклась, что на миг позабыла, для чего все это делается, и подошла поближе. Лиссандра, закончив, отступила в сторону.

— Отец, все готово.

На меня она даже не взглянула.

Герцог Морвеналь придирчиво осмотрел схему и кивнул.

— Отлично! А теперь отойди подальше, дочь, и не вмешивайся. Хеймрик, ты тоже сядь в кресло. А ты, Ада, стань сюда, — он указал на место рядом с собой.

Мы все послушно выполнили указания, и герцог взял со стола подставку, над которой тихонько вращался Коготь Ульдрахора. Осторожно удерживая конструкцию на вытянутых руках, он поднес ее к самой звезде и, шепнув формулу левитации, разместил прямо над ее центром на небольшой высоте.

Я восхитилась тем, как быстро и слаженно Морвенали подготовили древний и почти забытый ритуал. Как будто бы уже репетировали…

Стоп!

Стоило этой здравой мысли возникнуть в моей голове, как герцог громко и четко выкрикнул:

— Гелиос!

Символ над верхушкой звезды, направленной на север, ослепительно вспыхнул, и мне в сердце словно иглу воткнули!

Рывок! Меня потащило к септенеру и больно приложило о пол. Вскрикнув, я перевернулась набок, скорчившись в позе эмбриона и мелко дыша. Прямо надо мной вращался Коготь Ульдрахора…

— Фосфор! — произнес следующую формулу герцог, сопровождая ее сложными пассами.

Если до этого мне было плохо, то сейчас показалось, что вырвали почки. Я выгнулась луком в обратную сторону, но даже не могла закричать. Только таращилась на мучителя полными слез глазами.

— Тавис, что происходит? — Испуганный отец подскочил с кресла.

— Стой, где стоишь, Хеймрик! Иначе все испортишь!

— Но Аде больно!

Да уж. Аде больно...

Просто Бездна, как больно!

Я едва могла вдыхать небольшими порциями. Перед глазами все плыло от слез.

— Стильпон!

Из легких вырвался хрип. Показалось, что я дышу не воздухом, а раскаленной лавой. Одно радовала, что на фоне новой боли, как-то сразу отступила прежняя.

— Тавис, ты… Ты что, используешь магию Бездны?! — озвучил ужасную догадку отец.

Герцог Морвеналь отмахнулся от него небрежным с виду жестом, но папу словно тараном в грудь ударили! Отлетев в дальний конец комнаты, он приложился спиной о камин и упал без движения.

Мне было больно. Но еще больнее было видеть, что стало с отцом.

— Нет! Папа! Нет!

Шок придал сил, и я смогла встать на четвереньки и попыталась выползти из септенера.

— Альбедо!

На этот раз пострадал мой желудок, и я, согнувшись пополам, застонала. Но это была не просто боль. Что-то необратимое происходило с магией. В отчаянной попытке спастись, я попыталась улизнуть в Эфир, и… не смогла. Я не могла больше пользоваться магией. У меня не вышло изменить форму и обратиться драконом!

Зато я отчетливо увидела то, что мне мешало это сделать: к Когтю Ульдрахора от моего тела протянулись магические нити!

— Что это? Что вы делаете?

В панике я уставилась на герцога Морвеналя. Тот выглядел так, будто ритуал давался непросто. Но он и не думал его прерывать!

— Гладолед!

Спину прострелило сверху донизу. Перед глазами будто белый огонь вспыхнул, и нитей стало на одну больше…