Всадники Перна - Энн Маккефри Страница 18

— Всадники, надо же! Фэкс? Ха! Да он Руат стороной обходит. Вот тебе! Вот! – Управляющий подкреплял каждую свою реплику пинками, пока, запыхавшись, не устремил яростный взгляд на мастера и двоих своих подручных. – Кто пустил сюда этого парня с его дурацкими выдумками?

Управляющий направился к двери главного зала, которая распахнулась, едва он взялся за железную ручку, и в зал ворвался побледневший стражник, едва не сбив управляющего с ног.

— Всадники! Драконы! По всему Руату! – сбивчиво заговорил он, отчаянно жестикулируя.

Схватив растерянного управляющего за руку, он потащил его во двор, чтобы подтвердить свою правоту.

Лесса сгребла остаток золы и, забрав совок с ведром, выскользнула из зала, удовлетворенно улыбаясь под завесой спутанных волос.

Всадники в Руате! Какая прекрасная возможность. Следует что-то придумать, унизить или разозлить Фэкса, чтобы он отказался от притязаний на холд в присутствии любого всадника, после чего она сможет заявить свои права на то, что принадлежало ей с рождения.

Но вести себя надо крайне осмотрительно. Всадники – особенные люди. Ярость не затуманивает их разум. Алчность не заглушает голос рассудка. Страх не притупляет реакцию. Пусть глупцы верят в человеческие жертвы, сверхъестественную похоть, безумные кутежи. Она не настолько доверчива, подобные истории ей претят. Всадники остаются людьми, в их жилах течет кровь Вейра, а у нее тот же цвет, что и у любого другого, – Лесса сама пролила ее достаточно, чтобы убедиться.

Она мгновение помедлила, ощутив, как у нее вдруг перехватило дыхание. Не эту ли опасность она предчувствовала четыре дня назад на рассвете? Решающий поединок в ее борьбе за обладание холдом? Нет, подумала Лесса, то предзнаменование несло в себе нечто большее, нежели месть.

Чувствуя, как бьет по ногам ведро с золой, она проковыляла по коридору с низким потолком к двери на конюшню. Фэкса ждет холодный прием. Она не станет заново разжигать огонь в очаге. Ее смех неприятным эхом отразился от сырых стен. Поставив ведро и прислонив к стене метлу с совком, она с трудом отворила тяжелую бронзовую дверь в новую конюшню.

Конюшню построил с внешней стороны утеса Руата первый управляющий Фэкса, отличавшийся куда более острым умом, чем все восемь его преемников. Он достиг большего, чем они, и Лесса искренне сожалела, что ему пришлось умереть. Но при нем ее месть стала бы невозможной. Он выяснил бы правду о ней раньше, чем она научилась бы скрывать свою сущность и осуществлять мелкие вмешательства в дела холда. Как его звали? Она не помнила. Так или иначе, она сожалела о его смерти.

Второй управляющий оказался не в меру жаден, так что ей с легкостью удалось посеять раздор между ним и ремесленниками. Он был полон решимости выжать всю возможную прибыль из руатанских товаров, чтобы часть ее осела в его собственных карманах до того, как Фэкс начнет что-то подозревать. Ремесленников, успевших привыкнуть к искусной дипломатии первого управляющего, взбесили алчность и своеволие второго. Их возмущало, что прервалась древняя кровная линия правителей Руата, а еще больше то, каким образом это произошло. Они не могли простить нанесенного Руату оскорбления, их унижали утрата холдом главенствующей роли в Плоскогорье и то презрение, с которым при втором управляющем относились к ремесленникам и крестьянам. Потребовалось лишь небольшое вмешательство, чтобы дела в Руате из плохих стали хуже некуда.