Хозяин ветра - Мария Семенова,Анна Евгеньевна Гурова Страница 184

Нойда склонил голову:

— И такое возможно. Но разве тебя это остановит?

— Конечно, нет! – воскликнула женщина. – Ты проведешь меня через туман?

— Ты пройдешь сама.

— Но как?!

— Проси помощи у хранителей лабиринта…

Нордлинги, вышедшие посмотреть, чем кончится дело, видели снизу, как жена ярла решительно вошла в туман, кутавший плечи горы, – и на этот раз не вернулась.

* * *

А Безымянный, расставшись со Славушей, отправился на постоялый двор, к новогородцам.

Те радостно приветствовали его.

— Мы послушали твоего совета, – сказал Нежата. – Все эти дни бегали от Арнгрима как могли. Я сказался больным, залег на лавку и даже на пир к нему не пошел, брюхо, мол, не приемлет, какое тут столы столовать… А теперь рассказывай, что здесь творится? Что с морем, что с луной?!

— Ничего хорошего, – сказал нойда. – А где Лишний? Мне бы с ним перемолвиться!

Слепец так и вскочил, услышав голос названого брата. Радость, смущение, неизбытая вина – поди знай, чего больше.

Взяв за руку, Безымянный увел его подальше на берег. Залив пугающе изменился. Море отступило очень далеко, обнажив дно чуть не до окоема. Нойда знал: такое бывает перед приходом страшной морской стены. Вот только отлив длился уже третий день, а море все не возвращалось.

— Козни Седды Синеокой вот-вот принесут отравленный плод, – заговорил саами. – Древний Змей пробудился и разворачивает свои кольца. Он хочет обнять луну, испепелить этот мир и сотворить новый – себе по мерке и по нраву. Там будет много огня, пылающего среди темных бездн… Там будут бурлить небывалые силы рождения и разрушения… Только вот людей там не будет…

— О боги, – выдохнул Лишний, стискивая руку нойды.

Родной лес, Новый город, добрая боярыня… И все это сгинет? Развеется без следа?.. Невозможно! Нельзя!

— Что же нам делать? Неужто погибнет память людская?

— И очень скоро, если будем сидеть и жалобно стенать! – строго сказал нойда. – Я научу тебя, как вернуть Змея в его древнее тело, на котором стоит земля.

— Меня?!

— Да, тебя. Надо сложить песню.

— О старший брат, я не успел даже толком выучиться играть…

— Поверь, братец, не в умениях дело. Ты силы своей не знаешь… Может, и хорошо, что не знаешь, иначе не дожил бы до этого дня. На сей раз тебя сберегли… Отплати же!

Лишний помолчал, словно прислушиваясь к чему-то в себе. Потом вздохнул и нахмурился:

— О чем должна быть песня?

— Этого я тебе сказать не могу. Просто помни, гусли обладают величайшей силой творения. Ибо, как гласят легенды словен, на заре времен боги сладили гусли – а гусли заиграли и создали все остальное…

— Когда же мне надо будет сложить эту песню?

Нойда посмотрел вдаль, на окутанную туманом гору. Потом повернулся к высохшему морю, над которым уже начинал подниматься край немыслимо огромной луны…

— Прямо сейчас, брат. Прямо сейчас…

* * *

Славуша поднималась на гору. Тропа вилась между деревьями, а туман вокруг все сгущался… Сперва он дымкой плыл между соснами, затем потек молоком, и деревья вовсе пропали из виду. Теперь вокруг была только плотная серая мгла.

«Я никогда не найду его здесь… Сейчас вконец заплутаю и опять выйду на прежнее место…»

Наверно, уже давно стемнело – в густой и как будто светящейся пелене поди разбери. Славуша не чуяла под собой ног. Она взывала к здешним духам, но вокруг был все тот же туман. Женщина брела наугад и даже не представляла, далеко ли до вершины и туда ли она идет…