Тень ворона - Анастасия Дёмина Страница 19

И все это тоже было ценой за будущее воцарение Змея, с наступлением которого станет еще хуже.

Иван прошел в комнату и опустился на табурет напротив брата. Потревоженный дрожью стола, Павел с всхрапом встрепенулся, вскинул голову и сонно заморгал.

— Ваня?..

Вид младшего брата мигом его пробудил, и Павел потряс головой, смахнул с лица волосы и глянул уже более осмысленно.

— Ваня, ночью приходил Радимир…

— Я знаю, Паш, – перебил Иван. – Я все знаю. – Сглотнув поднявшийся к горлу комок стыда за свою безответственность и страха за родных, он посмотрел встревоженно хмурящемуся брату в глаза и честно признался: – Мне нужна твоя помощь, Паш.

Павел повел из стороны в сторону нижней челюстью, будто пережевывал рвущиеся с языка в горячке слова, после чего, шумно выдохнув носом, проницательно сощурился.

— Что ты задумал?

Павел выслушал Ивана где-то до середины, потом прервал и отправился в главную избу за Федором, буркнув: «Без него мы вдвоем ничего не решим».

Среднего брата пришлось буквально тащить, таким он был заспанным, но, умывшись холодной водой и глотнув кваса из кадки, он встряхнулся и стал более-менее похож на человека. И чем дольше распинался Иван, тем сильнее Федор мрачнел.

Когда рассказ дошел до части, в которой они с Аксиньей просидели почти всю ночь в горнице, обсуждая волшебные дела, старшие братья переглянулись и как один покачали головами, но смолчали. Иван пропустил объяснения служанки, помня, что не получал от нее разрешения пересказывать их кому бы то еще, и сразу перешел к своей задумке.

— Вам придется пойти к главному гридю и выпросить у него помилование взамен на мою жизнь, – сказал Иван, глядя по очереди в глаза Павлу и Федору. – Скажете ему, что сил больше нет терпеть мои выходки, и чтобы искупить вину перед государем за такого нерадивого брата и сына, вы возьмете дело в свои руки. Будто бы уведете меня в лес под предлогом помочь вам в охоте, благо вас все знают, разрешение на выход за стену у вас имеется, и там лично меня убьете.

Павел и Федор угрюмо насупились, став похожими на уморенных жизнью мужичков. Иван видел, что им очень хочется возразить, но никто из них не видел иного выхода из сложившегося положения.

— Не нравится мне это, – наконец глухо вымолвил Павел. – А если я вместо?..

Но Иван замотал головой:

— За вами и матушкой придут из-за меня! Я должен уйти, так или иначе. Оставшись в городе, я всех вас под смерть подведу!

На шее Павла заходили желваки, но больше он ничего не сказал. Федор же, потерев лоб, тяжело поднялся из-за стола со словами:

— Радимира просить подсобить нельзя, только подставим его. А одними красивыми словами его воеводу умаслить не выйдет.

Он ушел в красный угол, и Иван уже испугался, что брат снимет с полки старинную бабушкину икону, но Федор, потоптавшись по половицам, как-то по-особенному нажал пяткой на одну из них, и та приподнялась, явив тайник в полу. Павел с Иваном изумленно переглянулись.

— И почему я об этом ничего не знаю? – нахмурился Павел.

— Потому что я сам знать не знал, пока отца случайно не застал, – невозмутимо отозвался Федор, доставая из тайника пыльный кошель. – Он с меня слово взял, что я забуду о нем, пока не станет совсем худо.

Вернув половицу на место, он бросил зазвеневший мешочек на стол перед Павлом и с отвращением скривился: