Медвежье сердце - Елена Михалёва Страница 2

Первой сдалась башня девы. Она превратилась в холодные руины. Пустой, раскрошенный остов, во чреве которого завелись громадные пауки да гулял ветер, что колыхал их паутину. Никто не заходил туда. Даже слуги хозяина опасались сгнивших полов и ядовитых укусов.

Затем настала очередь башни старицы. По ночам было слышно, как осыпается камень, будто с шелестом роняет слезы, оплакивает былое величие. И все же внутри остались целые комнаты, несмотря на полное отсутствие крыши. В них ютились слуги – сломанные, искореженные проклятиями существа, которых хозяин приблизил к себе. Там же находилось и сырое подземелье, в котором ей довелось провести бесконечно долгий месяц, пока господин не счел, что она готова принять его милость и подчиниться. Кто знал наверняка, кого теперь скрывает мрак глубоких холодных камер?

Лишь башня матери все еще держалась. Черепица кое-где сползла, узкие оконца намертво заколотили изнутри, но девушка знала, что именно там единолично обитал ее покровитель. Там он принимал гостей и долгие годы готовил план. Тот самый, который должен был вот-вот свершиться на радость всему их народу. Угнетенному и несправедливо презираемому народу, что хозяин старался всеми силами защитить.

Дверей в башню не было, вместо них колыхался мрак. Живая завеса Чистой тьмы, пред которой девушка замерла, дожидаясь, пока черный покров пойдет рябью. И лишь тогда прошла сквозь него, ощутив кожей ледяной холод.

Единственным источником света внутри было крошечное окошко. Одна из досок прогнила и отвалилась. Слуги отчего-то игнорировали эту мелочь, но именно она позволяла видеть хотя бы общие очертания предметов в сумраке.

Ступени узкой каменной лестницы, каскадом убегающие вверх, в темноту второго этажа.

Деревянные бочки и ящики вдоль стен с невесть каким содержимым.

Земляной пол, сырой и пахнущий плесенью.

И черный силуэт каменного алтаря посреди помещения. Возможно, когда-то он служил благим целям, но явно не теперь.

— Ты пришла.

Голос, донесшийся с верхних ступеней, заставил девушку вздрогнуть и упасть на колени. Она склонилась так низко, как только могла, едва касаясь лбом пола.

— Да, хозяин, – кивнула девушка, отчего карамельные пряди посыпались с плеч, пачкаясь о землю.

Чаровница сжалась. Она всеми силами старалась унять дрожь в теле, но с ужасом осознала, что от страха стучат ее собственные зубы. Властитель этого не любил. Девушка зажмурилась, вздрагивая в такт приближающимся шагам. Черные сапоги остановились в паре пядей от ее лица.

— Встань.

Она торопливо встала на ноги, но поднять взор на человека перед собой все еще не смела.

— Говори. – Его голос был суше, чем пепел погребального костра.

— Все готово, господин, – чаровница старалась говорить увереннее. – Пришли вести с севера от того безумного носферата: они тронулись в путь, через три недели будут на месте.

Мужчина перед ней медленно кивнул.

— Отлично. Встреть их достойно. Даю тебе время до следующего полнолуния. Я успею созвать братьев и сестер к этому сроку. Они уже заждались. И помни, ты должна быть осторожна. Осечка может все погубить.

— Я скорее умру, чем подведу вас, – горячо заверила она.

Девушка хотела снова рухнуть на колени перед господином, но тот стремительно выбросил вперед руку и схватил ее за шею. Пальцы легко сжали нежную кожу, и юная чаровница подняла на деспота глаза. Тот едва заметно ухмыльнулся.