Как достать Кощея - Ольга Пашнина,Анна Одувалова Страница 21

Это само по себе было крайне подозрительно. А если учесть, что эти разномастные задницы весьма сноровисто передвигались под столом, все становилось в разы занимательнее.

Я какое-то время понаблюдала за этими передвижениями, но так ничего и не поняла. Пока с одной стороны из-под стола не выкатилось что-то небольшое, круглое, золотисто-коричневого цвета.

— Это еще что за!.. – воскликнула я, оставила недопитый кофе и кинулась на улицу – разбираться с очередными неприятностями.

Первый маленький, но зубастый колобок вцепился мне в летящую юбку почти у входа в терем. Я только сбежала с высокого крыльца. Хорошо хоть, не носом в высокие травы полетела. Когда за верхнюю ступеньку запнулась.

— Это еще что за хрень? – выругалась я.

Попыталась его стряхнуть, но не смогла: зубами он держался крепко и зыркал на меня весьма злобно.

Нет. У нас жил тут один свободолюбивый… Точнее, как жил… прикатывался иногда, пугая окружающих грязными зачерствевшими боками. Вон, королевича испугал и снова свалил в очередное путешествие. Но он, как все сказочные жители, был уникален. Я никак не думала, что вместо Колобка на нас могут напасть маленькие злобные булки. Думала, наша сказочная природа не способна дважды создать самостоятельно катающийся хлеб, обладающий зачатками разума.

— Еще один! – пропыхтела Аленушка.

Она коршуном кинулась на меня и, изловив завизжавшего поганца на моей юбке, сноровисто сунула его в кадушку. Лебедяна в таких солила огурцы да грузди. Тяжелая деревянная кадка прикрывалась плотной крышкой и сверху придавливалась камнем. Именно туда вся моя честная братия собирала разбегающихся колобков.

— Мне кто-нибудь объяснит, что тут вообще происходит? – еще раз спросила я.

— Да если бы мы знали, Василисушка Ильинична-а! – провыл кот, отдирая очередного колобка от хвоста. – Лебедяна вчера на пир пирожки пекла. Обычные пирожки, ты вечером сама десяток скушала и не заметила.

— Я – десяток? – Ну правда. Даже стыдно стало. Негоже красной девице пирожки десятками уминать, а то филей в сарафан не влезет.

— Ну вот что ты придираешься? – обиделся Баюн. – Может, пяток, а не десяток, я же не считал. Но начинки у нее не хватило.

— Ну вот я колобушек напекла! – поддержала Лебедяна, смахивая пот со лба. – Думала, гостей много, съедим. Кто же знал, что так получится? Просыпаюсь с утра, а они, окаянные, лебедя жареного на столе обгладывают, только перья в пастях хрустят! Вот что за пакость?!

Она припечатала веником очередного колобка, и Аленушка засунула его в кадушку.

— Ну, Кощей… – с возмущением протянула я, даже не сомневаясь в том, кто виноват во всех моих бедах. – Ну, паразит! Это просто выходит за все разумные рамки! Я его щас!

— Да подожди ты его «щас»! – остановил меня недовольный Баюн. – Что с этим сухарем с болот сделается? Успеешь высказать свое соседское недовольство! У тебя королевич не развлечен! А ты говоришь, Кощей! Тьфу!

— А ведь и точно! – Я всплеснула руками, понимая, что тяжелый вечер, перешедший в непростое утро, заставил меня забыть о главном госте. – Так, Аленка! Слушай у меня ответственное задание.

— Да?

Аленка заинтересованно сдула со лба непослушную челку и уставилась на меня.

— Берешь кадушку и идешь с ней к нашему дорогому соседу… Кощей очень хочет получить подарочек.