Ученица Темного ректора. Как спрятать истинность от дракона - Юлия Ханевская Страница 21

Я иду именно туда, куда днем боялась смотреть.

К особняку, скрытому за оградой.

Сейчас там темно. Ни одного огонька, ни единого движения.

Наверное, Даррен уже уезжал, когда я его увидела. Это объясняет, почему в прошлый раз мы не встретились — мы просто разминулись.

Но тогда почему я получила метку раньше, чем тогда?

Потому что теперь все иначе.

Я замираю, глядя на безмолвный особняк, и понимаю: мир уже не повторяет прошлое дословно.

Я ведь не просто вернулась. Я другая.

И, возможно, именно этим меняю все вокруг — малое, едва заметное, но меняю.

Покупка кинжала и защитных артефактов. Новый гардероб. Раздумья, ехать ли на озеро.

Все эти мелочи, как песчинки, складываются в новый узор судьбы.

И… может быть, теперь у этой истории другой конец, независимо от моих действий.

Мысль наполняет теплом. Надеждой.

Не все предрешено.

Но потом я напоминаю себе, как страшно и несправедливо для меня все закончилось в прошлый раз. И понимаю, что не смогу просто ждать и надеяться на счастливый финал. Я буду действовать, буду продолжать меняться. И не важно, что с каждым моим шагом, будущее будет сворачивать на новую тропу. Чем дальше я уведу себя от той жуткой ночи, тем легче мне будет дышать.

Я возвращаюсь и осматриваюсь по пути, нет ли поблизости таких же полуночников, вышедших подышать свежим воздухом. Никого не обнаруживаю.

Только звезды да шепот ветра.

За домом тень гуще, и я прислоняюсь к стене, чтобы сотворить заклинание.

Сердце ускоряет ритм.

Пальцы дрожат, когда я поднимаю ладонь и засовываю ее под ткань пижамы. Кожа теплая, чуть пульсирующая. Метка будто дышит сама по себе.

— Исчезни, — шепчу я, собирая в пальцах энергию. — Скройся.

Магия отзывается знакомым покалыванием. По груди проходит волна жара, и рисунок метки тускнеет.

Но не исчезает. Если приглядеться — все равно видно очертания.

Я кусаю губу и повторяю заклинание, вкладывая в него больше силы.

Тело пронзает боль: мгновенная, острая, будто ожог. Но на этот раз метка почти исчезает, остается лишь легкое свечение под кожей.

— Так лучше, — шепчу, переводя дыхание.

Хватит. На первое время сойдет.

Главное, чтобы никто не увидел.

Возвращаюсь в домик на подгибающихся ногах.

Ложусь, натягиваю одеяло до подбородка.

Пахнет деревом, мятой и шампунем Катрины — она помыла голову на ночь и легла с мокрыми волосами.

Сон подкрадывается тихо, как кошка, и я проваливаюсь в темноту, успев подумать: все под контролем. Пока что.

Меня будит смех.

Громкий, заразительный, — и абсолютно неуместный для утренней тишины.

Я приподнимаюсь, зевая, и понимаю, что смех доносится из соседней комнаты.

— Что они у парней забыли… — шепчу я, откидывая одеяло.

Из-за стены доносится голос Дженни:

— Карточный долг священен, Томмиан!

— Может быть, — отвечает он. — Но вы играли нечестно, и теперь всем придется страдать.

— Не надейся, что меня это испугает! Мне омлет, пожалуйста, — радостно сообщает Дженни.

— А мне тосты с джемом и яйца вкрутую, — добавляет Катрин.

А потом звучит голос Альтана, усталый и обреченный:

— Я предпочту остаться в живых и не есть то, что готовит Том.

Дженни снова мухлевала в картах.

Я качаю головой, улыбаясь, и потягиваюсь.

Тело немного ломит, но настроение все равно прекрасное. Хочется прямо сейчас натянуть купальник и нырнуть в прохладную озерную гладь, дабы смыть с себя все переживания и мысли прошедших суток.